Ядвига — Ведьма. Она такие штуки ощущает в сотни раз лучше, чем простой Водяной.

А ещё, если это её судьба, то она обязательно получит желаемое. Борис Сергеевич, найдёт решение любой проблемы и справится с любым препятствиями, как по волшебству, судьба умеет выстраивать «мостики вероятностей». Сам я знаю это не понаслышке — мой путь сюда указал волшебный волчок.

Борис Сергеевич постоял ещё минуту, молча глядя на бурелом за забором.

— Ладно, — выдохнул он наконец, и облако пара вырвалось из его рта, как белый флаг капитуляции. — Я попробую. Но ничего не обещаю, Вадим.

Он пожал мне руку, резко развернулся и пошёл к машине. Его фигура на фоне огромного белого поля казалась маленькой и уязвимой. Он уже взялся за ручку двери, когда остановился и обернулся.

— А ты, Вадим? — спросил он. — Ты-то что с этого имеешь? Зачем тебе все это?

Я пожал плечами. Как объяснить ему, что баланс мира для меня важнее премии или комиссии?

— Я просто почтальон, — ответил я. — Моё дело — доставлять сообщения. Иногда — посылки. А иногда — условия сделок.

Он кивнул, не поверив ни единому слову, и скрылся в салоне своего внедорожника.

Автомобиль беззвучно тронулся с места, плавно катясь вдаль, оставив меня в одиночестве посреди белого безмолвия.

* * *

Старые общежития продолжают хранить особенный дух человеческого муравейника, даже если их расселяют, и они остаются пустыми, как коробка от покупки.

Все эти запахи жареной картошки, сигаретного дыма, пыли, дешёвого коньяка и чужих жизней, как будто всё-ещё витают тут, несмотря на время, которое безвозвратно прошло.

Мы были в Колдухинском общежитии. «Мы» — это я и Котляров. Шли по коридору, и каждый наш шаг отдавался гулким эхом в пустых комнатах, где когда-то кто-то любил, играл на гитаре, пил водку и мечтал о лучшей жизни.

Виктор Котляров вышагивал громко, как ожившая статуя Командора, решившая заняться недвижимостью. Он останавливался, трогал облупившуюся штукатурку, щёлкал выключателями на стене (зачем — я не понимал, здание было обесточено) и дёргал двери в комнаты.

— Слушай, Вадим, — его громкий уверенный голос контрастировал с тишиной здания. — Ну, не всё так и плохо. Конечно, это место было тем ещё вонючим клоповником даже в лучшие свои годы. Тут на кухнях следы жизнедеятельности тараканов размером с динозавра. Но здание цело, перекрытия крепкие, окна на месте, двери тоже, как и проводка. Сантехнику всю нужно менять, конечно, к чертям собачьим. И отопление тоже. Зато котельная в подвале выглядит хорошо.

Он постучал кулаком по стене и звук его удовлетворил.