— Знаешь, если это так просто, то давай сейчас же сходим и проверим. Поглядим на мост, спросим у Горыныча, какого рожна он всех по мосту пускает?

Василиса подняла руку, останавливая мой энтузиазм:

— Валим, ты погоди, не гони коней. Ты же про мост ещё не всё знаешь…

В этот момент дверь опорника распахнулась с такой решительностью, что если бы я или Василиса стояли на пути её взмаха, то нас бы снесло, как деревянный дом от волны цунами.

В проёме возникла Светлана Изольдовна Беккер. Капитан полиции, верховный шериф Колдухина, живое воплощение закона, непреклонный борец с преступностью, человек, вызывающий у окружающих уважение и толику страха.

— Купалов, — сказала она тоном, которым обычно произносят «Опять ты». — Ты зачем работников МВД от работы отвлекаешь?

Это не был вопрос, а скорее даже обвинение.

— Светлана Изольдовна, я просто…

— Если тебе нечем заняться, — она перебила меня, потому что её явно не интересовали мои комментарии, — то тебе надо вернуться на своё рабочее место. На почту. Или, — она улыбнулась фирменной белозубой улыбкой, которая легко у неё сочеталась с арестом или штрафом, — тётя Света закроет тебя за вредительство и саботирование работы правоохранительных органов.

— Сейчас не тридцать седьмой и я не вредитель, — сказал я быстро. — Напротив, сколько раз помогал!

— Вот и отлично. Не мешать нам — тоже помощь. Всё! Кругом и шагом марш на работу, а то я на тебя бабе Маше пожалуюсь. Василиса, внутрь! У нас отчёты не написаны, а с меня их уже спрашивают.

Василиса бросила на меня короткий взгляд и исчезла в недрах опорника.

Я сунул руки в карманы и пошёл к машине, чувствуя спиной взгляд Светланы Изольдовны.

И тем не менее, перегнав машину, я для начала направился в свежеотремонтированный ДК «Октябрь».

Помещение встретило меня теплом и уютом. Свет падал из высоких окон косыми полосами, в дальней части помещения стояли, как всегда — инструменты, но сейчас на них никто не играл. Группа «Амбар-Драйв» была не в полном составе, сидела на диванчике и беззастенчиво играла в приставку.

Дядя Толя повернулся ко мне, и я присвистнул от удивления.

— Что? — спросил он, заметив мою реакцию.

— Причёска, — ответил я. — Не ожидал увидеть тебя, дядя Толя, таким модным мужчиной.

И правда, Анатолий Степанович выглядел так, словно кто-то перенёс его голову в параллельную реальность. Где провинциальные художественные руководители выглядят, будто стриглись в лучших парикмахерских Лондона и Парижа.

Волосы лежали волнами, едва заметно подкрашены, виски были подбриты с той деликатной точностью, которая отделяет мастерства от неумехи.