— Я мастер Тук, хоббит, с Вашего позволения! — с достоинством откликнулся хозяин отеля и подмигнул мне.

Василиса только хмыкнула, но в её глазах заплясали весёлые искры. Мы получили ключи от номера на втором этаже «Дома Элронда» — просторной комнаты с двумя кроватями и огромный балконом, за которым был вид на море, часть внутреннего двор отеля, одинокий кипарис и парочку раскидистых инжиров.

Хозяин отеля дал мне доступ к небольшой собственной парковке заведения, что позволило мне перегнать автомобиль поближе.

Вечер опустился на Сочи быстро, закат растаял над горизонтом, поразив воображение сочными красками.

Воздух стал холоднее, температура опустилась до восьми, против плюс пятнадцати днём. Прохлада освежала кожу не сыростью и не леденящим ознобом, а мягким дыханием южного города.

Мы с Василисой расположились на балконе. Внизу, во дворике, освещённом фонарями, стилизованными под эльфийские светильники, собралась компания.

Хозяин-Домовой сидел во главе стола. Рядом с ним суетилась женщина с добрым лицом, такая же низенькая и, несомненно, тоже из «наших», Домова́я, нашедшая себя в гостиничном бизнесе.

Остальные были людьми. Обычными, смертными людьми, но явно друзьями отельеров. Они разложили на столе карту, расставили фигурки, пошептались и стали кидать игральные кубики.

Из портативной колонки лилась музыка Говарда Шора. Скрипки плакали о падении Нуменора, а люди степенно попивали горячий чай из большого медного самовара.

— Двадцатка! — восторженно воскликнул парень в очках. — Наношу критический удар по троллю!

Домовой улыбнулся, и в этой улыбке была и радость от той жизни, что живёшь и искренняя симпатия к игроку.

— Они счастливы, — тихо сказала Василиса, опираясь локтями на перила. — Смотри, Вадим. Им не нужно знать, что магия реальна. Людям достаточно игры.

— Меня удивляет другое, — ответил я, глядя на то, как сам домовой двигает фигурку орка с дубиной. — Домовой увлечён этой игрой не меньше, чем они. Фактически, это — домовой-толкинист. Мир сошёл с ума или просто я стал слишком старым?

— Ты просто ворчливый почтальон. Я не вижу противоречий, — пожала плечами Василиса. Ветер шевелил выбившиеся из её косы пряди. — То, что ты знаешь о мире чуточку больше, чем люди, не значит, что тебе должны перестать нравиться истории. Мифы, основанные на реальных фактах, не такие уж и добрые. А если ты хочешь именно веселья? Тебе не кажется, что люди и двоедушники заслуживают права на радость, на отдых, на счастье? Чем это плохо, независимо от того, человек ты или нет?

— Да я… Ты права, они счастливы и это хорошо. Это у меня скорее от удивления. Хотел бы сказать, что «в наше время такого не было», но это действительно звучит по-стариковски. Сейчас тоже моё время и оно такое, какое есть. Предлагаю вернуться к поиску нашего дракона, — сказал я, отворачиваясь от идиллии внизу. — Отделение банка закрылось час назад. К гадалке не ходи, наш двоедушник остался там на дежурстве.