— У нас гости, — послышался голос Кениры. — Сигнатуры сильной элир, возможно, артефакты. Быстро приближаются.

Мирена отпустила Незель, наклонилась, подняла шлем и защёлкнула его на голове.

— Держись ко мне поближе, — сказал я Незель, обнимая её за талию и активируя динамический барьер на одном из своих браслетов.

— Спасибо, Ули, — шепнула мне на ухо жрица, — Ты мне спас жизнь.

— Не благодари, — вздохнул я. — Возможно, именно из-за меня твоя жизнь и оказалась в опасности.

Та демонстративно закатила глаза, показывая, что я снова говорю что-то не то, встала на цыпочки и поцеловала меня в губы. Я улыбнулся, ответил, но быстро прервал поцелуй.

— Не расслабляемся, — сказал я ей.

К счастью, драться не понадобилось. Прибывшими оказались особые силы полицейского управления, сопровождаемые армейскими. Полиция приехала на бронированных омнимобилях, ну а армейская ударная группа состояла из воинов в штурмовой броне, двигающихся пешком. Если, конечно, бег огромными прыжками можно назвать таким словом.

Встретив на месте громкого происшествия вооружённых людей, обводы чьих доспехов до сих пор сильно напоминали броню Королевства, штурмовики и полицейские сильно занервничали. И учитывая, что их сопровождали боевые големы, эта встреча грозила перерасти в заварушку даже более серьёзную, чем уже произошла считанные десятки минут назад.

К счастью, ситуацию разрядил Ксандаш. Быстро выкрикнув пару имён сослуживцев, он вытянул вверх руку, где на ладони появилась инсигния особых полномочий. Вложив меч в захваты на спине, он медленно двинулся к одному из штурмовиков и начал с ним о чём-то говорить. Прозвучала резкая команда, штурмовики тоже спрятали оружие и рассредоточились по округе, оцепляя периметр.

Офицер, командовавший силами полиции, оказался столь любезен, что подвёз нас до Разведуправления. Там мы поднялись в кабинет Жагжара, доведя, полагаю, до инфаркта половину охраны здания. К счастью, по моему поводу у работников имелись особые распоряжения, звезду особых полномочий Ксандаш не убирал, так что нашу до зубов вооружённую компанию в тяжёлой броне пропустили безо всяких препятствий.

Жагжар сидел в кабинете, откинувшись на стуле. Его привычный безупречно аккуратный и невозмутимый вид теперь сильно изменился. Дублет был расстёгнут, волосы пребывали в беспорядке, а сам он ладонями массировал виски. О причине догадаться было нетрудно, вот только с момента нападения прошло слишком мало времени, чтобы довести себя до такого состояния. Да и, откровенно говоря, сколь угодно важной фигурой Хартан для него не являлся.