— У меня есть просто потрясающее название, — наконец, улыбнулся я. — Мы назовём замок Изельшталь! Ну а мост будет зваться Изельбрюке!
— А что это обозначает? — с подозрением спросил сын.
— Мост Находчивости, — совершенно не соврав, ответил я, — И Обитель Непреклонной Решимости.
★☆★☆★
● «когда на наших шеях повис жёрнов нового замка» — Einen Mühlstein um den Hals haben, идиома, обозначающая «чемодан без ручки», нечто неудобное. Изначально имеет библейское происхождение, правда там употребляется в значении «тазика с цементом».
● «Ещё одной колодой на ноге висел замок Раэ» — Wie ein Klotz am Bein, выражение, аналогичное предыдущему.
● «Мы назовём замок Изельшталь! Ну а мост будет зваться Изельбрюке!» — der Eselstall, die Eselbrücke. Первое — «ослиный хлев». Ули сказал сыну почти что правду, вопрос лишь в интерпретации: хлев в каком-то роде действительно обитель, а отличительная черта ослов — непреклонная решимость, то есть ослиное упрямство. Второе — «ослиный мост». И вот тут всё гораздо интересней. «Ослиным мостом» немцы называют мнемотехники, помогающие запомнить те или иные правила. К примеру «Каждый Охотник Желает Знать, Где Сидит Фазан» — это типичный «ослиный мост». Происходит ещё из средневековья, когда ослы не хотели переходить канавы и даже ручьи, так что погонщики брали с собой несколько дощечек, из которых просто выкладывали символический мостик, по которому упрямая скотина идти уже соглашалась. Использовав это слово, Ульрих скаламбурил.
Глава 15 Второе дыхание
Несмотря на гору новых проблем, я решил оставить их на родных и заняться по-настоящему важными делами. Сейчас главным для меня был вовсе не Изельшталь и не обустройство Шпаценхорста. Теперь я дошёл до того этапа, когда мог приступить к собственному омоложению и избавиться от оков, которыми являлось моё дряхлеющее тело. Так что я велел никому меня не беспокоить и отправился в свою лабораторию, где среди множества генетических образцов и рабочих артефактов ощущал, что нахожусь в подходящей обстановке. Для начала мне требовалось секвенировать собственную ДНК, получить ту самую комбинацию хромосом, делающую меня мной. Применив соответствующие чары, отобрав из единственной капельки крови ту идеальную молекулу, что содержала мой генетический код, я приступил к длительному и тяжёлому этапу считывания. Теперь я не мог полагаться на Склаве, даже самые скучные и утомительные вещи приходилось делать самому. И пусть способность расслаивать внимание и занимать несколькими вещами никуда не делась, но отстраниться от совершаемых действий не получалось. Мой обновлённый разум гораздо лучше справлялся с нагрузками, их на себя брала моя магия, но всё равно, задачи подобного масштаба давались вовсе не легко. Так что едва я дождался результата, как тут же записал его в один из одноразовых кристаллов и очистил сознание, отдыхая.