— Куда бежим? — крикнула седовласая девушка. — В портальный зал?

— Да, — ответил командир, — в нём блокада переноса намного слабее, я это чувствую. Прорвёмся оттуда!

Пусть они и были намного быстрее пространственного искажения, но оно разрасталось линейно, а им приходилось учитывать архитектуру замка, меняя направление и следуя его переходам. Поэтому искажение неуклонно настигало. И лишь когда всем стало казаться, что уйти не удастся, они вышли на финишную прямую и бросились в отрыв.

— Милая, дверь! — закричал командир. — Доступы вряд ли действуют, да и время!

Рыжеволосая кивнула и выбросила вперёд руку. Невидимый таран ударил в массивные створки у них на пути, выламывая их вместе с частью стены. Шквал камня и металла влетел внутрь, безжалостно круша расположенные в зале сложные артефакты и обрушивая высокую платформу.

Отряд вбежал внутрь и резко остановился. Громила посмотрел на командира и спросил:

— Ули, тебе помочь? Я могу её подержать, пока ты занимаешься порталом.

Пленница на руках у командира шевельнулась и крепче ухватила того за шею.

— Не стоит, — мотнул головой тот, — есть координаты! Кенри, Миру, я веду, вы наполняете! Тана, Санд, ближе!

Громила и смазливый паренёк подскочили к командиру. Две девушки положили руки ему на плечи. Волна искажения, преследующая беглецов, уже почти поглотила коридор и добралась до двери, как отряд окутало облако искр.

Колыхнулся воздух, полыхнула яркая вспышка, и беглецы исчезли, чтобы появиться на безлюдном каменном плоскогорье. Неподалёку стоял прозрачный цилиндр, заключённый в массивную металлическую конструкцию, а в нескольких ярдах от него виднелись искорёженные останки чего-то, состоящего из металла, острых кристаллических гроздьев и причудливых потёков застывшего камня.

Командир сделал несколько шагов вперёд, нашёл сравнительно ровную каменную площадку, и осторожно, словно хрупкую вазу, поставил на неё освобождённую пленницу. Парнишка ринулся было следом, но его остановила ладонь громилы, упавшая ему на плечо. Парнишка удивлённо оглянулся, но громила многозначительно покачал головой и указал глазами на командира с пленницей.

Тот смотрел на свою пленницу взглядом, полным сложных чувств, среди которых были забота, сочувствие и чистая яркая любовь. Его руки скользили по прекрасному обнажённому телу, совершая ласкающие движения, но в этих действиях не было ни крупицы эротики. Там, где касались его ладони, тяжёлые глубокие раны на теле смыкались и зарастали, исчезая без следа. И лишь закончив со сквозными ранениями на ногах, командир встал во весь рост и вновь посмотрел спасённой девушке в глаза.