Нам не хотелось огласки, так что мы составили договор Керуват. К тому же мастер сильно берёг свою репутацию, а значит, не стал бы трепаться и сам. Обсудив продажу останков змея, после долгого процесса торговли мы пришли к устраивающему нас соглашению. Крежл-змей являлся огромной тварью, поэтому вопрос, кому достанется одежда, теперь не стоял. Ещё мы собирались забрать голову, чтобы повесить где-то в парадном зале нашего нового замка — пусть я никогда не являлся любителем охотничьих трофеев, но для столь могучего монстра готов был сделать исключение. Кое-что из внутренностей и костей змея пошло на создание брони, которая, являясь лёгким кожаным доспехом, защищала бы ничуть не хуже костюма из Цитадели, а возможно даже и лучше. Помимо пяти комплектов для нашей команды, мы заказали ещё один для Дреймуша, благо, все мерки у мастера остались до сих пор.
Правильно выделанная кожа змея могла быть одновременно мягкой и эластичной, переливалась чёрным и зелёным на солнце и выглядела очень и очень красиво. Ну а то, что её было сложно пробить даже самыми сильными чарами, мечами или артефактами, являлось особо приятным дополнением. Мы — я имею в виду мужчин — не сговариваясь, решили пустить оставшуюся шкуру на наряды для наших милых женщин, не забыв про Лексну, Незель и Паталу. Для последней костюм делали на вырост, и ей предстояло дождаться совершеннолетия и окончания взросления, а потом ещё раз навестить мастера для подгонки.
Внутренности, кости, мясо и кровь крежл-змея являлись безумной редкостью, а соответственно и ценностью. Так что, в отличие от тела дрийксы, мы не стали продавать их через мастера, вернее, он отказался и сам, заявив, что такой товар — не его уровень. К счастью, Таргосса являлась крупным торговым узлом Федерации, тут продавали и покупали абсолютно всё. А у нас имелся Жаген, которому, похоже, пришло время переходить на новый уровень ведения бизнеса. Оставив себе лишь несколько фиалов с кровью для генетических образцов, я доверил ему продажу всего остального через аукцион, проводящийся храмом Керуват, а значит, в честности и анонимности которого мы могли быть уверены на все сто процентов.
Пока остальные отдыхали, гуляли по городу, ели в ресторанах и купались на пляже, мне приходилось торчать на свалке. Конечно, раньше это место являлось верфью, а теперь называлось производством, но огромная гора металла, дерева, керамики, обрезков тросов и канатов, присыпанная толстым слоем ржавчины, если отличала его от изначального вида свалки в Нирвине, то только в худшую сторону.