— Ну, мы ведь чего-то такого и ожидали, — сказала Кенира, легко положив руку мне на плечо, в её голосе звучала смешанная с пониманием усмешка.

— Ты абсолютно права, милая, — вздохнул я. — Иначе он бы не был нашим Таной.

В риланате существовало выражение «громовой ветер» — крайне непристойный звук, издаваемый в общественном месте. Эту же идиому применяли для обозначения значительных затраченных усилий, приводящих к предельно скромному результату или не дающих результата вообще, непристойный вариант нашего «всё для кота». Хартан, заменив слово «гром» на «гроза», умудрился остаться в рамках приличия, но при этом ясно давал понять всем, что именно он имел в виду. И судя по реакции трибун, его шутка оказалась куда успешнее, чем я мог бы предположить.

Остальные участники, появившиеся за нашим сыном, не вызвали почти никакого интереса, так что ведущий, по-быстрому их представив, объявил о начале следующего этапа боёв.

Я продолжал с интересом следить за Жёлтым Серпом и Ночным Лисом, коллегами-магами, которые шли вперёд победа за победой, но, конечно же, главными для меня теперь стали сражения Хартана и Ксандаша. Дела у них тоже шли очень неплохо, пусть публика оставалась недовольной. И Санд и Тана завершали схватки быстро и без особой зрелищности — именно так, как привыкли отрабатывать на бесчисленных тренировках. Техники и чары, используемые обычно в бою, были призваны нанести максимальный ущерб, но при этом не привлекать внимания врагов, и привычкам они не изменяли. Поначалу мы умудрились неплохо заработать, делая на них ставки, но постепенно в этом становилось всё меньше и меньше смысла — публика тоже увидела их силу, соотношения изменились, выигрыш почти сошёл на нет. Я продолжал ставить, но теперь лишь для того, чтобы таким образом выразить поддержку. То же самое делала и Лексна, как гордая за мужа, так и довольная уже полученным деньгам.

А затем случилось то, что рано или поздно должно было случиться. Турнирная таблица свела вместе Ночного Лиса и Жёлтого Серпа.

Так как за всё время я ни разу не включал форсаж, чтобы с помощью расчётов определить силу участников, то и понятия не имел, кто из них сильнее, поэтому ставки делать не стал. Публика тоже выглядела разочарованной, по крайней мере, так следовало из выкриков и свиста, сопровождавших их выход на арену. Это ничуть не удивляло — именно они являлись главными антифаворитами состязаний. Самыми скучными и неинтересными участниками, не завоевавших симпатий ни у кого, кроме считанных болельщиков — таких же магов, как и они сами. Разумеется, среди таких болельщиков был я, мои родные, Незель и Лексна.