— Я-то думала, она моя, — раздался от дверей раздосадованный голос, и он одновременно походил и не походил на голос Сонг.

«Богиня?» — мысленно спросил Лин, надеясь, что река вернется и ответит, но надежды были тщетны.

— Мне показалось, что она тебе не понравилась.

— Ну что ты, — жена приторно улыбнулась, — очень понравилась. Хочешь, надену ее прямо сейчас.

Она прошла к трюмо, усмехнувшись уголками губ, когда он отстранился. Взяла первую попавшуюся щетку и стала медленно расчесывать волосы, прядка за прядкой. Лина это нехитрое действо странным образом загипнотизировало, потому, когда Сонг поманила пальцем, не задумываясь, шагнул ближе.

— Давай ее сюда, — приказала жена, и он послушно достал заколку из рукава, но протянуть не успел.

В комнату с чем-то ярким в руках вбежал Мин, выхватил взглядом Лина и быстро затараторил:

— Это они! Это хиганбана! Они расцвели! Они повсюду! — в этот момент он увидел мать или богиню внутри матери, испуганно замер, переводя взгляд с одного родителя на другого.

Лин не смог себе объяснить, зачем схватил его, когда мальчик решил дать деру. Потом он будет оправдываться, что хотел защитить, может даже телепортировать куда-нибудь в безопасное место. Но правда пролилась кровью и застыла на его руках, как в тот момент застыли оба они, и если бы Сонг не заговорила, не факт, что отмерли бы.

— Ты никогда не задумывался над тем, как сильно они на тебя не похожи? — голос ее был мягким, почти извиняющимся, мол, прости, что приходится открывать тебе глаза вот так.

— Что?

— Дети. У них не только сила иного рода, но и глаза, и нос, и рот… У них все другое.

Чтобы не начать вглядываться в лицо Мину, Лин прижал его спиной к себе, а сам перевел настороженный взгляд на Сонг. Браслеты были на месте, и это немного успокоило, хотя не так давно они не помешали ей попытаться выпить из него жизнь. Это не забылось, но отошло в сторону, потому что он искал в ее лице черты, что повторялись бы у детей.

— Будешь и дальше обманываться?

Да, он это и собирался делать, только не мог так ответить Сонг. А вот что и как отвечать, решить не успел, когда в коридоре показался Кун. И Мин не придумал ничего лучше, чем дернуться к нему навстречу с криками:

— Кун, беги!

Почему-то его крик захлебнулся странным бульканьем. Догадка пришла мгновением позже, когда и Кун упал на пол. Лин разжал пальцы, удерживающие Мина и… заколку, что теперь торчала у мальчика из шеи. Этого просто не могло быть, потому что было слишком чудовищно и нелепо одновременно. Наверное, Сонг… богиня внутри нее навели на него наваждение, чтобы попытаться завладеть разумом. Потому что истекающий кровью мальчик не может мерцать, а потом и вовсе исчезнуть бесследно, оставив на месте, где только что лежал, окровавленную заколку с навершием-бабочкой!