— Нет, — Илья качнул головой.
Взгляд зацепился за сигарету, пахнущую знакомым успокоением. Было бы неплохо выкурить парочку перед тем, как идти смотреть «мультики». И ведь нельзя не пойти, раз уж так далеко зашел, что в пункт назначения попал.
Сергей, заметив, куда смотрит Илья, достал из кармана пачку и, открыв, протянул:
— Угощайся.
«Прикури перед смертью» — прошелестела тьма в голове.
— Нет, спасибо. Я, кажется, бросаю.
От клумбы донесся призывный лай. Илья обернулся и увидел Декстера, держащего в зубах давешний камушек.
— Молодчина! — крикнул ему Илья, а сам подумал:
«Ты ведь не умрешь из-за тоски по своему человеку, дружище? Не делай этого, ладно? В этом мире полно хороших людей, за кого ты сможешь уцепиться душой. Алекс, например. Или вот Лиза, к которой ты каким-то образом успел привязаться, пока я был в отключке».
Декстер, поняв, что свой человек к нему не подойдет, подбежал сам и положил добычу к ногам Ильи. Пришлось погладить, приговаривая, какой же он молодчина. Еще б зубы так не стучали от холода.
— Пошли-ка, я тебе одежку какую-нибудь найду, — позвал Сергей. — А то если заболеешь здесь, проблем потом от твоего братца не оберешься. Он ведь так Евгеничу и сказал, когда притащил тебя сюда, хотя сам был — краше в гроб кладут. Чего с вами такого случилось, кстати, что один в отрубе, второй как мертвец ходячий?
— Не знаю, — пробормотал Илья, потянулся к правому глазу прикрыть, мотнул головой, запрещая себе лезть в вероятности при посторонних, потом вспомнил: — Я ему вот звонил максимум полчаса назад, вроде, голос был нормальным. А он мобильник мой не оставил здесь, случайно?
— Нет. Но ты поищи в комнате, где тебя поселили. Может, где-нибудь там.
— Может, — согласился Илья, а внутри зрели разные теории о том, что же мог сотворить брат, если выгорание сделало его похожим на ходячий труп. Не убивал же он никого? Или убил, но исключительно себя? И кто тогда говорил с ним утром?
*нанди — спасибо с малаялам (നന്ദി [nandi]).
Глава 23 Монстры
Ее разбудил женский визг, и Лана подскочила, ударившись головой о крышку багажника. Новый оттенок боли влился в адский коктейль уже имеющихся: ныли затекшие мышцы, намекая, что без чужой помощи она наружу вылезти не сумеет; пульсировало в висках и уголках глаз; а еще тошнило, то ли от голода, то ли просто за компанию. И пока Лана терла ушибленный затылок и пыталась привыкнуть к свету, женщина успокоилась и строго ее спросила:
— Ты кто такая и что делаешь в моей машине?
— Извините, — сказала она сначала на русском, потом мотнула головой и подняла слезящиеся глаза на незнакомку, благодаря которой удалось сбежать из клиники.