И не желая тратить время на бесполезных пленников, продолжила поиски Ланы. Кровь вела ее, указывала направление, дурманила и отрезвляла. Кровь всегда была самым важным, что ценили люди. И правильно. Это путь, это связь, это важно.
И кровь никогда не врет.
— Ну, привет, дорогая… — богиня расплылась в улыбке и от удовольствия прикрыла глаза. — Кто не спрятался, я не виновата.
Слова были легкими, веселыми, но они резали Милу по живому. Она еще раз дернулась в клетке и обессиленная упала, прижимаясь к холодным прутьям.
Она сдалась.
— Что ж, — произнесла богиня тоном победителя. — Кажется, у меня сегодня довольно удачный день.
Но тут же осеклась, понимая, что все еще не может покинуть поместье. Замешательство длилось недолго. Она вторглась в память Милы, которая прекратила борьбу, и довольно быстро нашла то, что искала.
Ян рассказывал, что Макс притащил некую целительницу для Густафа, но, кажется, обманул. И раз уж так называемая целительница приходила не для того, чтобы исцелять, богиня может использовать пленников не для того, чтобы убить их.
Она подняла на застывшую троицу оценивающий взгляд и подумала: «Каждого из них можно использовать».
— Мальчики… не представляете, как я рада, что вы заглянули. И еще больше рада, что не убила вас. Вы же благодарны мне за великодушие? — И не дожидаясь ответа, завершила мысль: — У вас есть возможность отблагодарить меня за мою доброту, выполнив одно важное дельце…
Глава 28 Дети богов
Иногда Илье казалось, что у Декстера где-то запрятан бесконечный источник энергии, благодаря которой пес мог гулять и резвиться весь день без перерыва на воду и еду. Если бы большую часть времени они не проводили в Питере, можно было решить, что Декс подзаряжается прямо от солнца, а так приходилось выдумывать новые теории, в том числе фантастические, ну или магические, если быть точным. Вот и сегодня Декстер заметил, что его человек хандрит, и потащил Илью гулять. Псу было хорошо здесь. Он носился за найденной где-то палкой по всей территории, играл с местными собаками, лаял на невозмутимого кота в окне, в общем, наслаждался жизнью. Потому домой они вернулись, когда порядочно стемнело, и Илья продрог до нитки даже в своей теплой куртке, заботливо присланной Алексом вместе с остальными вещами. Но по правде сказать, возвращаться в тепло не хотелось, там все равно нечего делать, а ему требовалось убить время до того, как придут убивать его самого.
Подниматься наверх он не торопился, раздумывая, не попросить ли на кухне кофе, но здесь был риск попасться на глаза Тамаре Александровне, которая как гостеприимная хозяйка наверняка вспомнит, что не кормила его ни обедом, ни ужином, а есть не хотелось до тошноты. В комнате тоже в этом отношении прятаться не стоило — там искать будут в первую очередь. Потому они с Дексом прошлись по первому этажу в поисках укромного места и в итоге остановили выбор на библиотеке, имеющей несколько уютных закутков. Там Илья уселся на мягкий диван рядом со стеллажом с шикарной коллекцией альбомов-монографий, каталогов-резоне и альманахов об искусстве. Он почувствовал себя почти как дома в кабинете матери — у нее имелась похожая подборка — и даже укол совести словил такой же: Сеню липовое видео-прощание записать заставил, а сам вот на настоящее не сподобился. Зачем? С того первого вылета в череду вероятностей Илья не планировал подобные акции — все равно не получится, так чего пытаться? Ничего, Дэн потом за него пусть рассказывает, за братом все равно должок, несмотря на снятое проклятие. К тому же Денис так и не поговорил нормально с родителями, потому что случай с исцелением отца не в счет, раз они все равно тогда поругались.