— Это было ожидаемо, — сказала Лана, краем глаза заметив, как тень покрыла лезвие ножа.

— Ожидаемо? Не жалко тебе их, сука ты бессердечная?

— Жалко, — согласилась она. — Думаю, твоя смерть успокоит их души.

— Что? — он рассмеялся. — Тупая сука. Ты, что ли, меня убьешь?

Она непринужденно пожала плечами и выставила перед собой нож.

— У меня нет настроения играть.

Двигался Дерек быстро, но тень, управляющая телом Ланы, за ним поспевала. Наверное, у нее был бы шанс нанести удар, если бы она не оказалась так сильно истощена — сутки в больнице и горячий душ помогали держаться на ногах, но не больше. И все же ей удалось его задеть, а потом Штаут, разозленный этим, выпустил бурлящую внутри него тьму, и она повалила Лану на пол.

— А говорил, что нет настроения играть, — фыркнула девушка.

Такого варианта своей смерти она не видела в череде вероятностей, но это не значило, что та не могла случиться. Умирать не хотелось, только ничего в голову не приходило, как спастись. Тень же предпочла замереть, как будто копила силы на новый выпад или, наоборот, для защиты. И пока она бездействовала, Лана попыталась сама выбраться из тьмы Дерека. Она поползла назад, думая, что надо бы перевернуться, но Штаут проследил за ее действиями и, подойдя ближе, наступил на лезвие ножа, который Лана все еще сжимала в руке.

— Хватит уже, — его голос теперь звучал как будто издалека и отдавался эхом, но все еще напоминал голос Дерека. — Сопротивляться бесполезно. Я пришел тебя убить. Можешь порадоваться, что просто убить.

— Да офигеть как рада! — огрызнулась Лана и попыталась вырвать нож.

Ему, конечно же, такой ответ не понравился, и он наступил ей на запястье, хрустнувшее под его подошвой. Лана заорала и выпустила нож. Дерек подобрал, покрутил в руках, словно бы пытался понять, как это ей удалось ранить его обычным металлом.

— Что с тобой не так? — спросил он, и эхо в этот раз вышло более громким.

Лана, конечно же, не ответила — лежала, притянув к себе пострадавшую руку, и пыталась успокоиться. Тень успела обезболить и наложить произвольную шину, став подозрительно заметной.

— Тоже одарена. Ясно.

Он опустился перед ней на корточки, силком выдернул к себе ее больную руку и, прижав ту к полу, пронзил ладонь отобранным ножом.

— Как же мне нравится твой голос. Давай посмотрим, как ты будешь орать, когда я разрежу… Что бы мне разрезать?

Дерек вытащил лезвие и задумался. Долго водил взглядом по ее телу, пока не задержался на животе. Лана судорожно сглотнула.

— Не надо…

Умолять было бесполезно, но он, чуть склонив голову набок, спросил: