— А вовремя ты переметнулась, ничего не скажешь. Хотя… Ты же всегда умела выбирать правильную сторону.

Нет, в отличие от Ильи, Ольга не собиралась становиться добровольной жертвой в перепалке с сестрой, но ей явно не хватало слов, чтобы поставить блок, когда новый удар уже летел в лицо.

— Этот ваш пророк сказал, что мама жива. Внезапная новость, да? Не ты ли мне плакалась о том, что тебе не под силу ее исцелить? Точно ты. Еще и в ноги кидалась, умоляла добровольно спуститься в Подземелья и присоединиться к местным жрицам, тогда тебе позволят воспользоваться клановыми артефактами, чтобы заморозить болезнь мамы. Как же это так получилось, что вон у его брата получилось ее исцелить, а у тебя нет? И не ври, что не знала. Все ты знала, потому и мириться в прошлый раз приходила, без козыря в рукаве не пошла бы — вечно ты мной манипулировала, ссылаясь на маму.

— Я не!..

— Точно! Иногда еще запугивала, как в тот раз, когда я отказывалась пройти ритуал посвящения реке. Мол, если заартачусь, меня отдадут страшному педофилу Финну Феллоузу. Он, кстати, в курсе, что твой отец о нем такого лестного мнения? Чем ему так не угодил дядька-меценат? Я ведь проверяла по потокам — Феллоуз не то что на детей, даже на молоденьких девушек не заглядывается.

Это так сильно походило на избиение младенцев, что Илья не мог не встрять, особенно когда речь зашла о Финне Феллоузе.

— У Феллоуза много других грешков за душой, — вызывая огонь на себя, он шагнул вперед. — Будучи ребенком, ты бы просто не поняла…

— Заткнись, — даже не повернувшись в его сторону, отрезала Лиза. — Сам сказал, что твоя помощь была безвозмездной, вот и не лезь теперь в мою жизнь и в мои разговоры по душам с дорогой сестренкой. Да и плевать мне на грешки Финна, которые, к слову, Агни не остановил, значит, посчитал нормальным такое положение вещей для сообщества.

«Туше» — нехотя признал Илья и посмотрел на Ольгу, но она стояла с нечитаемым выражением на лице, устремив взгляд куда-то сквозь Лизу. Как будто спокойна, только кто знает, какая буря таится под этой маской? И почему, интересно, Арсений молчит, когда с ребятами не единожды ругался из-за неоднозначной биографии своей девушки?

— Оленька, — слишком ласково позвала Лиза, — так ничего и не скажешь? Или твой адвокат советовал не раскрывать рот, не посоветовавшись с ним? К маме тоже с адвокатом попрешься? Или ты у нее уже была?

Судя по тому, как вздрогнула Ольга, последние слова попали точно в цель.

— Была, — призналась она. — Я хотела тебе рассказать про нее, когда приходила в прошлый раз, и вовсе не ради примирения — просто чтобы ты знала. Про остальное я говорила уже не раз, но повторю — я тогда тоже была ребенком и…