— Мила, — коротко представилась и сделала шаг навстречу, пожимая гостю руку.

Мужчина улыбнулся, поправил рукав пиджака и указал на второе кресло.

— Вы не против побеседовать? Или дать вам еще времени прийти в себя. Позавтракать?

Она отмахнулась и села в кресло, закинув ногу на ногу и откинувшись на спинку. Полы халата разъезжались, обнажая кружевной край сорочки и колено, но она не стала ничего поправлять. Наоборот, удобней закинула голову на спинку кресла и принялась сверлить гостя глазами.

Никогда ни при каких обстоятельствах она бы не позволила себе такого поведения.

«Тебя как будто растили на ферме! Где же манеры?» — пронеслось в голове и тут же потухло.

— Чем обязана? — не желая продолжать внутренний осуждающий монолог, спросила Мила, обращаясь к Николасу.

— Как уже сказал ранее, Макс Нилан направил меня сюда, чтобы исцелить вас и оставить лекарства. А еще могу поделиться последними новостями, — невозмутимо отрапортовал Тернер, не обращая внимания на ее отвратительное поведение. — Уверен, вам будет интересно.

Она пожала плечами, а он продолжил:

— Касательно Яна… Как вам может быть известно, молодой человек сейчас на Внешнем Рубеже.

— У вас интересные глаза… — задумчиво произнесла Мила, полностью проигнорировав последнюю фразу Николаса. — Мудрые, но уставшие. Холодные, но все равно теплые. Не отталкивающие, но осторожные. Необычное сочетание.

Николас замер вслушиваясь. Будто она вдруг заговорила на другом языке, которого он не понимал. Морщинка пролегла меж бровей, и правая слегка изогнулась.

— Вот! — выкрикнула Мила и указала на него пальцем. — У вас очень интересное лицо, довольно противоречивое. Из-за этого вас хочется рисовать. Вы будто и отталкиваете своей начитанностью, и притягиваете глубиной знаний. Вы как эмульсия, будто состоите из несмешиваемых вещей, которые в сочетании дают нужные свойства.

На лице Николаса отразилось полное замешательство, и Мила рассмеялась.

— Я же художник. Я так вижу. Даже не пытайтесь понять.

— Спасибо?.. — вопросительно произнес он, не зная, как реагировать.

— Да, это комплимент, — подтвердила она.

Неуместные реплики сбили Николаса с толку, но Милу скорее порадовали. Это было бестактно, не вовремя и непрошено, ей понравилось. Несмотря ни на что вновь внутри каким-то чудом ожил художник. Она не бросится к краскам и кистям, но художник еще жив, творческая энергия не погасла, а значит, и у нее самой еще есть шансы.

— Но вы продолжайте, я перебила вас не со зла.

Николас вымучил подобие короткой улыбки и опять посерьезнел.

— Ян… — продолжил он. — Он сейчас на Внешнем Рубеже, и я бы сказал, что новости скорее хорошие. Им удалось восстановить цепь заградительных костров. Теперь нужно понять, как защититься от следующего стада гончих, чтобы предотвратить нападение и обезопасить все уязвимые точки на Рубеже. Возможно, кому-то придется заняться разведкой. Но в целом — пока все стабильно, без изменений. Так что можете не беспокоиться, ни за Яна, ни за Рубеж.