“Отличное спортивное мастерство”, - говорит мама.

Я мычу в знак согласия, но мое горло слишком сжато для слов. "Мой грустный, горячий австриец", - думаю я, затем поправляю себя: "Мой грустный, горячий австриец, которому сейчас явно не так грустно".

Камеры переключаются на замедленные повторы; комментаторы препарируют его реплику на стене, это единственное восстановление, явную жестокость выигрыша половины секунды на подаче, предназначенной для поедания людей заживо. Мой телефон прожигает дыру в моем кармане.

- Я приготовлю чай, - говорю я чересчур бодро и убегаю на кухню.

В ту секунду, когда дверь за мной захлопывается, я прислоняюсь к стойке, телефон уже в руке, большой палец летает.

Неплохо для моей грустной, горячей австрийки , набираю я и удаляю это.

По телевизору сказали, что все, что ты делал в прошлые выходные, сработало, чтобы вернуть тебе драйв. Я смотрю на это и добавляю, возможно, вам следует делать это чаще ...

Я колеблюсь, затем удаляю последнюю часть и добавляю гражданское:

Тот второй заход снова был похож на тебя. Горжусь тобой.

На мгновение я зависаю над "Отправить", нелепые нервы трепещут у меня под ребрами. Затем я нажимаю, и сообщение отправляется.

Я поворачиваюсь к чайнику, сердце бешено колотится, и это глупо. Теперь он будет давать интервью, подписывать детские шлемы, и, возможно, у него даже нет с собой телефона. Что бы он ни понял из моего сообщения, мне придется подождать, чтобы узнать.

Я приношу чай в гостиную, где отец уже переключил телевизор на соревнования по биатлону.

“ Надеюсь, ты не возражаешь, ” он машет рукой в сторону телевизора. - Гонки закончились.

“ Конечно, все в порядке, ” быстро отвечаю я, хотя была бы готова на все, лишь бы увидеть его сияющие глаза на трибуне. Я сажусь, пью чай и смотрю на биатлонистов на экране, на самом деле не наблюдая за ними. Отец кричит в экран каждый раз, когда кто-то промахивается. Он больший поклонник этого вида спорта, чем я.

Но прежде чем он успевает отпраздновать успех нашей национальной эстафеты, мой телефон жужжит, и сигнал выхода на старт заставляет мое сердце биться быстрее, чем раньше.

ФАБИО : Как раз собирался написать тебе.

ФАБИО : Рад, что моя золотая девочка одобряет.

Мое сердце делает что-то глупое в груди. И на краткий миг я забываю, с какой стати я ждала до сегодняшнего дня, чтобы написать ему.

***

Адельбоден, Швейцария

ФАБИО

Мое сообщение - грубое преуменьшение. Я собирался писать ей каждый день на прошлой неделе. Но я этого не сделал. Она сказала, что не хотела этого, неправильно, и преследование ее ничего не изменит. Вы не преследуете кошку, пока она не захочет подойти к вам. И из того, что я узнал о моей золотой девочке, она больше похожа на кошку, чем кто-либо, с кем я когда-либо встречался. Все, что я мог сделать, это сделать себя настолько неотразимым, чтобы она не захотела оставаться в стороне. Оказывается, стильная победа над brutal hill в Адельбодене сделала свое дело.