И до сих пор у меня ничего не получалось.
Я снова смотрю на Томаса, на то, как он все еще воспринимает мое предложение, как будто я вручил ему секретную карту. И я чувствую себя идиотом. Годами я был озлобленным ребенком, одиноким парнем, сосредоточенным на своем выступлении, всегда стоявшим особняком от остальной команды. Я был эгоистичным ублюдком.
Внезапно снова всплывает воспоминание о Злате. Не какой-то грязный образ ее совершенного тела в моих руках. А она на финише тренировочной дорожки, слушающая мои инструкции. Вот как она сделала меня лучшим человеком. С ней я понял, что могу предложить что-то помимо своего члена, денег и сварливых ответов.
“ Завтра, ” говорю я. “ Мы встретимся во время инспекции. И с Мартином тоже. Я по-прежнему лучше всего играю в одиночку, но я знаю этот трек и могу поделиться некоторыми секретами ”.
Он ухмыляется, резко и свирепо. “Договорились”.
Когда лифт уносит нас обратно в серый свет, я чувствую, как что-то меняется. Не волшебное лекарство, не решенный сезон. Просто новая строка, которой нужно следовать.
Тот же холм, тот же вид спорта.
Новая история.
Глава 17
Призраки, которых нужно прогнать
Прага, Чехия
ЗЛАТА
В комнате кажется темно, тени на стенах такие же тяжелые, как темно-красное вино, которое я наливаю в свой бокал. Я рад, что Анна сегодня отсутствует; я хотел как следует посмотреть вечерние гонки из Заальбаха, когда смогу насладиться ими. И я рад, что ее здесь нет и она не видит, как у меня практически текут слюнки из-за грустной, горячей австрийки, которую я намеренно бросил несколько недель назад.
Только он больше не выглядит грустным, что не должно меня беспокоить, но это так. После Адельбодена я позволил себе поверить, что именно из-за меня он снова обрел свой драйв, что я каким-то образом заставил его снова сосредоточиться. Теперь я бросил его, и он ушел и сорвал соревнования как в GS, так и в слаломе за один уик-энд, показав свое лучшее катание в сезоне. Я ненавижу себя за такие мысли; я должна быть счастлива за него. Но какая-то уродливая, эгоистичная часть меня, очевидно, надеялась, что наше маленькое расставание не сыграет ему на руку.
Похоже, в конце концов, это была просто интрижка. И это хорошо, правда? Я никому не причинил вреда; мне не стоит желать обратного. Фабио катался на лыжах как чемпион, которым он и является, и более того, он даже казался искренне счастливым за своего товарища по команде. Он выглядел так, словно был бы не против, если бы Керн победил его, чего в итоге не произошло. Комментаторы были поражены этой новой версией Фабио Байера, рассказывавшего о том, как злой парень, который обычно разбивал свои шесты, когда кто-то бил его, неважно, товарищ по команде или нет, казалось, исчез. Они сказали, что он вырос.