Я придвигаюсь ближе к линии и позволяю себе чувствовать ее своим телом, а не просто видеть. Форма поворота. Давление. Там, где лыжи захотят разогнаться, где холм уйдет у меня из-под ног. Я представляю, как у меня саднят ребра, как шест для слалома шлепает меня по голеням, как знакомо и приятно щелкают щитки, когда я перекрываю все ворота на своем пути. Именно здесь я перестаю быть парнем со слишком большим количеством мыслей и становлюсь кем—то более простым - весом, временем, инстинктом.

На полпути вниз я останавливаюсь над участком, где задающий курс немного взбесился. Красные ворота расположены низко, следующий синий смещен сильно вправо, затем еще один красный упал ниже линии падения. Маленькая ловушка для тех, кто жаден до линии.

Я двигаюсь дальше, следуя за последними воротами к финишу, где инспекционная полоса снова переходит в открытую трассу. Отсюда стадион кажется меньше, внизу, как игрушечный домик, примостился хронометраж, а ворота для старта возвышаются над пустым прямоугольником на фоне неба. Громкоговоритель оживает, раздается какое-то объявление, которого я на самом деле не слышу. Я уже начал прокручивать курс в голове, шаг за шагом, снова и снова, пока он не перестанет быть теорией и не начнет казаться воспоминанием.

На краю финишной зоны я переваливаю на лыжах через холм и останавливаюсь. Сейчас мое сердце бьется немного быстрее, но это хороший темп — напряженный, сосредоточенный, готовый. Я смотрю на часы на табло хронометража и автоматически произвожу расчеты. Достаточно времени, чтобы подъехать, подышать и переключить мысленный переключатель с осмотра на разминку. Я устанавливаю шесты, отталкиваюсь к гондоле справа и позволяю силе тяжести нести меня вниз, к погрузочной площадке.

Внизу я выхожу из игры, перекидываю лыжи через плечо и следую по обнесенной лентой дорожке, которая ведет всех мимо официального магазина фанатов Hahnenkamm к финишу. Конечно, они установили его прямо здесь, как шлагбаум для взимания платы между мной и разминочным холмом. Витрина забита всем, что украшено логотипами Gams - плюшевыми игрушками, толстовками, кепками, кружками, брелками для ключей. Я говорю себе, что просто убиваю несколько минут перед встречей с командой, и направляюсь к двери.

Теплый воздух и запах кофе ударили в нос, когда я вошла внутрь. Секунду я просто стою там, протирая очки, окруженный моим собственным миром, уменьшенным и очищенным для туристов. У входа скопилось целое стадо плюшевых коров и замш, у всех на шеях крошечные красные нагрудники Ханенкамма. Одна из них такая большая, что ее можно было бы считать дополнительной мебелью.