Фигуэредо почти не учил Елену борьбе, рассуждая, что если девка ввязалась в ближнюю схватку без оружия, ей уже ничего не поможет, как пальцами ни крути. Однако несколько самых простых вещей он ейпоставил , например освобождение из простейших захватов или удушения (которым славились ночные разбойники Мильвесса). Сегодня Чертежник прочитал лекцию о положении безоружных рук в ожидании боя и о внезапной атаке.

— Ладони скобой, пальцы на пальцы, жестко. Положение у солнечного сплетения, локти к бокам.

Еще несколько глотков привели Чертежника в почти благостное состояние духа. Елена почувствовала себя неуютно. Она в первый раз видела поддатого мастера, и, как показывал опыт, от нетрезвых людей можно ждать чего угодно.

— Это выглядит безобидно и слабо, а движение получается равно коротким и быстрым в любом направлении.

Чертежник хоть и был навеселе, навыков не утратил ни на йоту, движения его оставались точными, объяснения лаконичны и внятны.

— Ты можешь сбить удар, отвести в сторону. Можешь защитить голову. А можешь ударить.

Фигуэредо сделал движение, Елена лишь ощутила толчок воздуха, а затем уже поняла, что мастер продемонстрировал удар жесткой «скобкой» в шею спереди, туда, где у мужчин кадык. И это действительно получилось очень быстро.

— Убить не получится, но огорчит сильно. Может спасти жизнь.

Еще с полчаса или около того Елена отрабатывала движения, тренируясь у столба с войлочной обмоткой, а затем отводя выпады Чертежника, вооружившегося палкой с тряпичным набалдашником. Наконец, фехтмейстер закончил и нетвердым шагом побрел в угол, к топчану, где и сел, как подрубленный. Чертежник хмелел на глазах, по мере того как вино уходило в кровь. Елена опустила руки, поняв, что на сегодня урок закончен.

— Меч оставь, — буркнул Чертежник, уронив подбородок на грудь.

— Спасибо, — Елена подумала, может, стоит как-то более зримо выразить благодарность.

— В углу оставь, — уточнил мастер.

— А…

Избавляться от кригмессера было как-то грустно. Недолгое обладание все же привязало временную хозяйку к ножу, заставило скучать без твердой рукояти в ладони. Елена уже забыла прежние колебания — стоит ли носить мессер открыто. Теперь ей не хватало уверенности, которой наделяет оружие того, кто хоть немного выучился обращению с ним. А сколько, в самом деле, стоит меч? Хорошие оружейные лавки располагались в южной части города, туда можно было бы зайти. Может завтра? Хотя Елена не знала, распространяется ли запрет праздничной торговли на оружейников.

Женщина посмотрела на Чертежника, обмякшего на драных простынях, как тряпичная кукла без каркаса. Может, пришло время попробовать что-нибудь у него выведать?