Ему не хотелось разбираться в этих барных интригах. Хотелось просто ее. Еще с первого дня их знакомства. Когда она облила его и нахамила хотелось.

Но котенок выпустил когти и съездил ему по морде вазой. Довольно тяжелой вазой.

Его заклинило на этой девчонке. А причину этого Аслан не знал. То ли слишком простая для него, то ли слишком необычная. Фиг ее знает. Обычно девушки говорили ему «Да» в первый же вечер. Он либо брал то, что ему дают, либо отказывался по своим каким-то причинам.

Но эта... Что с этой не так он не знал.

Если честно, то и не задумывался. Просто решил ее побаловать вкусной едой и заодно взять то, чего так хотелось. Так и быть, забыл бы он о тех деньгах из кассы. И о хамстве ее. И о том, как бутылку у него из кабинета стащила. Да он бы даже ей деньжат подкинул неслабо.

Но она решила иначе. Характер свой опять показала. Нутро свое колючее ему явила. И у Аслана пробило дно. Теперь она не отделается, просто дав ему.

Этой ночью сон никак не шел. А когда все же забылся, видел во сне ее. То, как он раскладывал ее на диване в своей квартире и как она отвечала на его поцелуй. Во сне отвечала.

Проснулся поздно. Как раз в это время все завтракают. Проскочить незамеченным не выйдет. Долго рассматривал в зеркале зашитую бровь, трогал пальцем. Пришлось поменять пластырь, привести себя в порядок после бурной ночки и спуститься в столовую.

— Доброе утро! — произнес насколько мог бодро. Зверски хотелось спать. И видеть во сне ее. Там, она была покладистее и смелее.

Первым на него взглянул отец. И глаза его тут же потемнели от недовольства. Потом поднял глаза дед. Он как раз никаких эмоций не проявил, но можно было догадаться, о чем он думает.

Наконец его заметила мама. Ахнула и поставила на блюдце чашку с кофе.

— Сынок, это что? Ты подрался?

— Нет, мам, все нормально, — отозвался негромко. Сейчас начнется полоскание.

— В аварию попал? — как-то слишком спокойно спросил отец.

— Неудачно вписался в поворот, пап. Нормально все. Заживет. Там всего пару швов, — сел за стол, взглянул на свежую выпечку, но аппетита не было. Вообще ничего не чувствовал, кроме неприятного потягивания в брови и желания поймать строптивую кошку и как следует ее наказать. Никто, ни одна баба не поднимала на него руку. Никогда.

— Заживет? Ты бритвой, что ли, порезался? — послышался недовольный голос деда. — Наследник Хаджиевых ходит с разбитой физиономией. Это шутка такая?

— Да все нормально! Сказал же, чепуха! — взорвался Аслан и резко встал со стула, так, что тот чуть не упал. — Ладно, мне в офис пора. Пап, жду тебя там. Всем приятного аппетита!