Она вошла в кабину с минералкой и стаканом, едва не налетела на него, испуганно отшатнулась.

- Быстро пошла в мой кабинет. Бегом! – рявкнул на нее так, что в ее глазах на секунду появился страх. Впрочем тут же исчез. Забрав бутылку и стакан, поставил на столик, а ее схватил за локоть и повел в коридор.

- Ты что? Что случилось? – она пыталась притормозить, но он ступал широко и уверенно. – Ты чего взбесился?

Открыв дверь кабинета, затолкнул ее внутрь.

Включил свет и, захлопнув дверь, провернул ключ.

- Объясни, что происходит? – допытывалась она, заглядывая ему в глаза. Бармену тоже так заглядывала?

Аслан усмехнулся и начал медленно закатывать рукава рубашки, не сводя с нее тяжелого, немигающего взгляда.

- Что у тебя с ним? - голос изменился от гнева и напряжения.

- С кем? – ошарашенно уставилась на него. Хорошая актриса. Погорелого театра.

Подошел к ней вплотную, загоняя в угол. Дина прижалась к двери, сглотнула и он видел, как в такт ее частому дыханию вздымается грудная клетка. Верхняя пуговица блузки расстегнута. И это выглядело, как вызов, который только подстегивал ярость и ревность.

- С барменом, - хрипло, склонившись к ее губам. Она подняла на него глаза, моргнула.

- Ты опять? Ничего у меня с ним нет! Я просто живу, Аслан! Общаюсь, разговариваю, смотрю на людей. Потому что у меня есть глаза, рот и уши.

Это стало последней каплей. Аслан сорвался. Он резко ринулся к ней, впечатывая ладони в дверь по обе стороны от ее головы. Лицо в сантиметре от ее лица.

- Жить ты будешь так, как я скажу, - прорычал тихо, чувствуя, как его медленно, но верно накрывает.

Рука жестко перехватила ее затылок, пальцы запутались в волосах, туго стянутых резинкой. Рывком на себя и губы в губы.

Поцелуй, как столкновение двух стихий. Грубый, властный, со вкусом ее испуга и его безумия. Вжав ее в дверь и хватая за тонкую талию руками, почти полностью обхватывая ее пальцами.

Дина пискнула и уперлась в его грудь ладонями. Аслан лишь сильнее вжался в нее, подхватывая под бедра и, отойдя вместе с ней от двери, рывком усадил на массивный стол. С грохотом на пол полетели папки с документами и пустая чашка из-под кофе.

- Опять скажешь «нет»? - прохрипел ей в губы, одной рукой расстегивая ее блузку. - Опять будешь строить из себя недотрогу, когда саму трясет от желания? – продолжая расстегивать ее блузку, Аслан смотрел ей в глаза. В которых читался вызов. Ему!

В этот момент возненавидел себя за слабость, но желание обладать этой девчонкой, сломать ее гордость и сделать своей окончательно и бесповоротно, было сильнее разума. И это было слабостью. Потому что он на все готов ради нее. По крайней мере так казалось сейчас.