Он повернул меня к себе за плечи, осторожно взял за подбородок, заставляя поднять голову. Я открыла глаза, сквозь пелену слез пытаясь разглядеть его лицо. Ярости в его глазах уже не было. Смотрел на меня как-то задумчиво. Большим пальцем стер слезу с моей щеки. Движение было таким бережным, что меня снова тряхнуло, но уже от непонимания. Что между нами? Что происходит вообще, скажите мне кто-нибудь? Что там, в его голове?

- Не надо плакать, - тихо, почти интимно произнес он, глядя мне в зареванные глаза. Наклонился ближе, коснувшись губами моего лба, и этот поцелуй был похож на какое-то издевательство. Что он делает? К чему это все? Откуда эта ласка?

- Бармена твоего я уволю сам. Оставайся здесь, - его голос снова приобрел жесткие нотки, но рука продолжала гладить мою щеку. – Сходи в туалет, умойся и возвращайся к работе. Я пойду.

- Не надо, Аслан! – я подняла на него глаза, слизнула слезу с верхней губы, отчего в его взгляде опять проявилась желание. Или похоть. – Он ни в чем не виноват. И между нами ничего

- Хватит. Умойся иди.

Он отстранился и, больше не глядя на меня, уверенно шагнул к двери, оставляя одну среди разбросанных на полу бумаг.

Я стояла после его ухода еще несколько мгновений. Не понимала, что мне делать. Осознавала лишь то, что он пошел вышвырнуть Сашку с работы. И он это сделает. Зажравшийся мажор, которому море по колено, ибо с рождения купается в деньгах, не понимает каково нам, тем, кому повезло чуть меньше.

Он прогонит Сашку и глазом не моргнет. Просто потому, что может. И потому, что приревновал меня к нему Идиотизм! Между нами с Сашкой ничего никогда не было и быть не может! Мы друзья! Но как доказать это Аслану?

Нет. Нужно что-то делать. И срочно.

Я бросилась следом за Хаджиевым. Буду за руки его хватать и просить, чтобы не трогал Сашку. Да что угодно, только не это. Саша тоже не из богатой семьи. И всего всю жизнь добивается сам. Он еще и учится, насколько я знаю. Ему нельзя терять эту работу.

Увидев впереди Аслана, поняла, что вниз он не собирается. Повернул к випкам, зашел к своим друзьям.

Я застыла. Может Рус и Заур сейчас его заговорят и он забудет? Хотя Маловероятно. Вспомнит чуть позже. А может передумал? Разозлился, вспылил, напугал меня, чтобы близко к стойке не подходила, и остыл? Ну правда, глупость же увольнять человека только из-за ревности.

- Дааа Ну и видок, - совсем рядом послышался голос Лики. Она стояла с подносом, рассматривала меня полным ехидства и презрения взглядом. Ну да. Тебя мне еще не хватало. – Что у тебя с прической и лицом? Тушь по всей физиономии размазана. Ты что этим занималась прямо на работе? – бывшая подруга (по крайней мере таковой я ее считала когда-то), продолжала истекать ядом, а я смотрела вниз, на толпу и думала, что было бы неплохо сейчас взять и уйти.