Меня называют хозяином леса,

Мне преданно служат лохматые твари,

Со временем все уважать меня стали.

Нынче все духи от феи до беса

Меня называют хозяином леса,

Мне преданно служат лохматые твари,

Со временем все уважать меня стали… стали

Я последний раз провёл пальцами по струнам, помогая им затихнуть.

— Ты ещё сомневался, — опять в рёбра прилетел кулачок. Наверно, день сегодня такой. Впрочем, тут никто не в обиде.

— Пока с названием духов леса творится какая-то дурь. Нынешние слабо рифмуются, а на «старом языке» их мало кто знает. Так что надо ещё поработать, — хмыкнул я, всё же довольный похвалой.

— Ну всё в твоих руках. Принц, кстати, проснулся.

— Ещё когда я струны настраивал, — кивнул я. — Выгоняй его пока на улицу и присмотри что-нибудь из мяса в подполе на свой вкус. Запечём на обед.

— Настойку доставать, раз выходной?

— Пусть пока полежит, холодная лучше, — улыбнулся я от очередного проявления заботы.

Жэндэ ушла в дом, а на крыльце вскоре рядом со мной сел ученик, грызя яблоко. Вариантов позавтракать сегодня было не так чтобы много. Проглотив пережёванный кусок плода, от проговорил:

— Доброго утра, учитель.

— И тебе. Как самочувствие? — поинтересовался я, бездумно перебирая струны.

— Странно, — признался тот. — Стал сильнее, но проснулся немного уставшим.

— Слишком сильно вчера выложился, так бывает. Но в итоге это пойдёт на пользу.

— Пожалуй — согласился он, а потом сообщил: — У меня есть важный разговор.

— Хочешь знать, когда отправишься домой и не придётся ли сидеть тут до весны? — хмыкнул я.

— Нет. Каждый день Смертолесье очень многое даёт, так что на юг не тороплюсь, — мотнул он головой. — Меня больше интересует побратимство.

— Побратимство? — приподнял я бровь.

— Ты смешал свою кровь с моей, когда лечил после той охоты, — напомнил он.

— Честно говоря, не рассматривал это в подобном ключе, да и в братство не принимают случайно, — задумчиво ответил я. М-да, долго же он тянул. А по местным обычаям и правда неудобный казус вышел, из которого надо как-то выходить. — Если желаешь, можем взаимно отказаться от него, и никто никому ничего не будет должен, только старые договорённости.

— Так нельзя. Закон побратимства свят, и Небо карает за его нарушения, — отозвался ученик.

— Вчера ты вполне достоверно выяснил, что то самое Небо не где-то наверху, а в наших душах. Если мы сделаем это от чистого сердца, то никаких кар не будет. Быть добрыми друзьями и честными союзниками в делах можно и без обязательств, которые возникли случайно.

— Если только так. Знаешь, учитель, это забавно, — усмехнулся наследник в ответ на мои слова. — Когда это произошло, я долго думал, не специально ли ты всё подстроил и чем мне это грозит. Не придётся ли отворить для тебя двери своего дворца в будущем, чтоб разделить власть по-братски. А теперь выясняется, что можно не переживать.