Так-то понятно, чего он влез. Это он по фамилии Салимзянов, а вообще — младший родич интересной семейки Баал. Прямым текстом: усыновлен младшим наследником! И лет ему то ли пятьдесят, то ли еще больше — дворянским правом владеет отлично, как и все приемыши, полжизни идущие по минному полю древних традиций и не изжитых предрассудков.

— Сорок седьмого, — хмуро поправил я. — Что? Здесь про это есть, прямо в тексте.

— Пусть я ошибся в дате, — миролюбиво согласился доктор, — но не в остальном!

— Комиссия работала, и вот чего нашла, — я хмурился все сильнее. Ненавижу, когда справедливость расходится с правосудием! — Де Гер отработал по координатам — это было в контракте, это записано в протоколе боевых действий. Догадаетесь, чьи земли лежали в этой точке?

— Чего уж тут, — привлек внимание старик Зайнуллин, — догадываться. Наши это земли — были. Теперь, наверное, выморочные.

— Правильно ли я понимаю, — гном Дори закончил писать что-то в толстой тетради (не, я не понял, он что, реально вел протокол?) и обратился напрямую к улаири, — что ты можешь рассказать дальнейшем? Без, так сказать, иных источников?

— Зайнуллины — род молодой, — начал старик. — Был молодой, пока весь не вышел. Поднялся из ничтожества волей пра-прадеда нынешнего Государя — «за выдающееся старание в деле укрепления границ Державы Нашей».

— Пограничники? — удивился Зая Зая. — Вот уж не подумал бы! Тут до ближайшей границы хоть три года скачи, — чуть преувеличил орк.

— Фортификаторы, — отверг улаири. — Редкий талант, особое направление магии земли. В обычной ситуации копать даже мелкую ямку — строго руками и лопатой, перед боем — или если магия рода как-то сама поймет, что речь о делах военных — окоп полного профиля «отсюда и до обеда» — по щелчку пальцев, если полноценный маг, и за пару часов возни, если пустоцвет.

Надо же, какие полезные подданные есть в стране Российской… Были.

— Я был исключением, — закончил Зайнуллин. — Родовой дар меня обошел. Потому и был я изгоем рода, мещанином с отличным образованием и правом на фамилию.

— А чего тогда? — не понял я. — Зачем тебе мстить за тех, кто тебя изгнал?

— Кровь — не водица, даже мертвая, — товарищ Менжинский ответил вместо улаири. — Я сам — при первой жизни — считал, что это предрассудок. Пока жил вторую — понял, что был неправ.

Мертвая водица… Живая и мертвая вода! Собирался же — не забыть, не забыть!

— Кажется, тебя, потомок, хотят заболтать, — вклинился государь Гил-Гэлад. Вид эльфийский некроцарь приобрел суровый — ну, вы помните. Корона, доспехи, меч. — Мы сейчас не о мещанах со славной фамилией. Нам надо разобраться в том, отчего Желтая Гора срыта до основания, а виноватых в этом как бы и нет.