А сам такой задумался: что ему сказать-то? Не в лоб же, мол, «как там поживает мой ментальный поводок?»
— Дело такое, — начал я с конкретики. — Собирай пацанов — тех, кто потолковее. С Мариком, конечно, перетри. Два дня у тебя, короче.
Нет, ну а что? Уличные бандиты, зажатые в кулаке авторитетного снага — вполне себе боевая сила. Сами понимаете, что на дело, то есть — в рейд, лучше всего идти группой не только умной, но и сильной.
Вы спросите о троллях — мол, а как же они? Такая толпа мужиков!
Я отвечу: тролли — народ почти мирный и сугубо штучный. Образование, навыки, умения. Готовность работать — то есть, строить, а не только ломать. Их, в конце концов, жалко!
— Чо там по делу, ять? — уточнил Гвоздь, впадая в образ уличного бойца. — Чо-куда?
— А то ты сам не понял, да? — хищно ухмыльнулся я.
Снага расплылся в ответной улыбке.
— Дербоград!
Глава 29
— Догадался, молодец, — порадовался я.
Снага посмотрел весело: мол, тут пойди, не догадайся — когда весь дормиторий стоит на ушах, и все толкуют об одном — «когда в рейд?»
— У меня еще один вопрос, сказал я. — Он сложный.
— Я не боюсь сложных вопросов, ять, — признался снага. — Я им, ска, удивляюсь.
— Тогда вот что мне скажи, — я сдвинул брови, вернее, то, что на моем лысом лице осталось вместо них. — Не было ли у тебя, Гвоздяра, странных мыслей? Ну, в последнее время?
Опрос пациента — король диагностики, так-то. Вот сейчас он мне скажет, а я послушаю, сделаю выводы, пойму, что с этим делать.
— Я же снага, нах! — заржал Наиль. — Когда у меня мысли, это в целом странно, ять!
Ну и ладно, ну и не больно-то хотелось. Как будто это мне надо, а не Гвоздю! Хотя да — ему-то о таком и знать неоткуда, тем более, желать чего-то на этой почве.
Так. Это я только что кому сказал — пусть и мысленно — что сам половины не понял? Пора завязывать с этим вот, которое сложное, но и до простоты совсем не опускаться. Я пробовал, мне не понравилось — да вы помните, скорее всего! Да? Ну вот.
— Ты иди, что ли, — сказал я Гвоздю.
— Ага, нах, — согласился тот. — Пацаны сами себя, ска, не соберут.
Короче, мелкий уголовник, гроза улиц и просто подающий надежды управленец вышел вон, а я — задумался. Мне вообще нравится это дело, в смысле, думать.
Я ведь понимаю, что это было малодушие. Мое, вот только что: я снова отложил важный вопрос, причем, насколько я себя знаю — «на никогда». Однако ситуацию со снага и ментальным поводком стоило прояснить как можно скорее — потому как-то же самое скоро станет твориться со всем остальным дормиторием, вернее, с начальством, «избранным четвертаком» или как-то так. Что именно? Да вот в том и дело, что я не знаю, а должен!