— Теперь руки на ширине плеч, ноги перед собой, — потребовал гном.

— Наоборот, нах! — уверенно заявил рослый снага, стоявший в… Первых рядах? Это что тут, блин, такое?

Я прищелкнул пальцами левой руки — настроился на несущую частоту звукового канала. Магия, конечно, но примитивная — и ее всегда можно объяснить хитрой техникой.

— Зубила, твою налево восемь раз! — разнеслось над пляжем.

Я вышел вперед и стал не только слышен, но и виден.

— О, Глава! — заорал кто-то из толпы. — Глава с нами!

— Будет стимул продолжать! — поделился кхазад, и снова поднес к бороде говорильник. — Немного осталось, вон, баржа на подходе.

Тут он был неправ: по воде — со стороны сервитута — шла не одна баржа, но три. Нет, даже четыре — вот еще одна поравнялась с опорой моста.

— А я устал! — выкрикнул мелкий гоблин — по виду из совсем молодых. — Роздыху хоть до трех раз!

Гоблин стоял на краю дебаркадера — кривлялся, изображая спортивную ходьбу, вместе со всеми, но на месте.

— Лучший отдых — смена деятельности, — возгласил Зубила.

— Плюх! — согласился гоблин невербально — это кто-то столкнул товарища в реку.

— Водные процедуры, — одобрил я вслух. — А чего только один?

Мне никто не ответил.

— И вообще, братан, это чего такое? — спросил я у Заи Заи.

— Чего конкретно? — не понял он. — Кораблики, или вот это, на берегу?

— Оба, наверное. Или это разные явления?

— На пляжу, — уточнил орк, — это гимнастика. Ну, вместо маршировки — чтобы народ учился слушаться команд и действовать сообща. Скоро в рейд!

— Вовремя догадались, — одобрил Глава в моем лице. — Так, а баржи — это то, о чем я думаю?

Первое из самоходных речных судов подошло к пристани.

— Э! — Вспомнил я. — Там же этот, гоблин!

— Не, — засмеялся белый урук. — Вон он, рассекает!

Любитель водных процедур плыл медленным кролем, целясь в другой берег реки.

Толпа зашумела: все двинулись к воде.

— Стоять! — потребовал кхазад. — Первая линия — хуманы! Вторая — все остальные, кто не орки и не гоблины. И не тролли.

Про троллей Зубила сказал зря — на пляжу из последних оказался только я сам. Все прочие олог-хай наблюдали за бесплатным цирком из бельэтажа, облепив собой железный мост. Смотрелось хтонически: будто часть стальной конструкции отрастила тонкую шерсть, почти бархат, и сейчас немного шевелилась.

Неуместную аналогию удалось отогнать раза с третьего.

Тем временем баржа ткнулась бортом в причал, матросы — все, как один, из кхазадов — перекинули мостки. Первым по ним сошел… Ну да, кто же еще-то.

— Моисей, привет! — Зая Зая раздвинул для меня толпу и я вышел вперед.

— О, здорово! — ответил тот. Мы поручкались и обнялись — пусть все видят единство складской и транспортной систем!