Дарен тихо рассмеялся, стараясь не привлекать внимания местных.

— Расскажи мне об Имерии, — попросила я, пока ждали еду.

— Что именно? — Дарен тоже сел, положив локти на стол.

— Всё. Как живут люди, что они любят, что едят, чем занимаются в свободное время. Я полгода здесь, а знаю только Бастион.

Дарен усмехнулся, но потом задумался.

— Люди живут по-разному. В столице — богато. Там мраморные дома, магические фонтаны, театры, где вместо актёров — магия. В провинции — скромнее. Деревни вроде этой, ремесленные городки, фермерские хозяйства.

— А как же магия? Разве она не упрощает жизнь?

— Упрощает. В столице, например, есть магический транспорт — кареты, которые летают над землёй. В больших городах — светящиеся фонари, которые не требуют масла. У богатых домов — артефакты уборки, которые сами вытирают пыль.

— А у бедных?

— У бедных — тоже, но попроще. Например, зажигалки — кристаллы, которые дают тепло. Или колодцы с магической очисткой воды. Всё это стоит недорого, потому что магия — ресурс возобновляемый.

— В отличие от Пустышки, — сказала я.

— Да. У вас за всё нужно платить. Трудиться, добывать, строить. А у нас можно просто сказать волшебное слово — и получишь результат.

— И не боитесь, что когда-нибудь магия кончится?

Дарен усмехнулся.

— Раньше не боялись. А теперь, когда Алдис открывает порталы, и магия утекает в Пустышку… начинают бояться. Поэтому Гильдия и пытается сохранить равновесие. Не ради власти — ради жизни.

Принесли похлёбку — густую, наваристую, пахнущую травами и мясом. Я накинулась на еду, как голодная.

— А что насчёт развлечений? — спросила я с набитым ртом. — Театры, музыка?

— Есть. В столице — лучшая опера в Имерии. Певцы используют магию, чтобы их голоса звучали прямо в головах у зрителей. Музыканты играют на инструментах, которые сами настраиваются. А в провинции — народные гуляния. Пляски, песни, состязания лучников и магов.

— Магические состязания?

— Ну да, — Дарен отодвинул пустую тарелку. — Кто кого сильнее ударит магией, но без смертельных исходов. Красиво. Впечатляет. Иногда бывают несчастные случаи, когда кто-то перебарщивает, но редко.

— Живёте вы здесь неплохо, — сказала я. — А мы в Пустышке пашем, чтобы выжить.

— Мы тоже пашем, — возразил Дарен. — Просто инструменты другие.

Я хотела ответить, но в этот момент из кухни вышел старик с кружками компота — одной хмельной, одной обычной. Дарен взял хмельную, я — обычную.

— Ты злая, кошечка, — сказал он после долгого глотка.

— Я справедливая, — поправила я.

— Ты искала приключений, когда соглашалась на работу в Гильдии? — вдруг спросил Дарен, но я долго на этот вопрос не отвечала, обдумывала.