Тоха обернулся и глянул на часы. Пять тридцать пять. Через двадцать минут конец рабочего дня. К шести обещала подойти Настя. Договорились встретиться на выходе из здания Министерства. Просил ведь, чтоб дома сидела! Опасно юной девушке, особенно дворянке, шляться по улицам нынешнего Петрограда. Но княжна сказала, что всё равно придёт. Вот упрямая девчонка! Остаётся надеяться, что Василий Фёдорович не отпустит.
Она уже приходила неделю назад. Когда шёл с ней под руку, матросы, увидев красивую девчонку, заулюлюкали вслед. Раздались задорные выкрики: «Барышня, давай к нам!», «Бросай своего буржуя!».
Они ускорили шаг. Придурки отстали.
«А если сегодня они опять домотаются? — мелькнула мысль, и в животе слегка похолодело. — Я же буду с Настей. Запросто могут. Что делать?»
Зазуммерил телефон.
— Алло? — ответил Фостиковский. — Слушаюсь.
И, положив трубку, позвал:
— Антон Дмитриевич!
Тоха посмотрел на титулярного советника.
— Вас Архип Семёнович просит зайти, — Игнатий Игнатьевич сделал невнятный жест за спину.
— Благодарю.
Программер вышел из и кабинета и направился к Тугушеву. Вот и дверь с номером «22». Постучал по тяжёлому дереву и приоткрыл створку.
— Разрешите?
— Да, входите, — скупым жестом шеф указал на ближний к себе стул за Т-образным столом. — Присаживайтесь.
Тоха прошёл и сел. Столоначальник сцепил руки в замок и отвёл взгляд.
Молчание потихоньку начинает напрягать.
— Что-то случилось, Архип Семёнович? — тихо спросил программер.
Тугушев хмуро глянул на попаданца.
— Даже не знаю, как сказать.
Тут же заныло под ложечкой. Неужели что-то с Настей? Шеф в курсе, что он квартирует у Голицыных.
Архип Семёнович побарабанил пальцами по столешнице и, наконец, решился:
— Скажите, голубчик, вам о чём-нибудь говорит фамилия «Прилуцкий»?
Программер в первые секунды прифигел, но быстро взял себя в руки.
— Кхм. Прилуцкий⁈ Немного знаком. Встречались в Харькове. А почему вы спрашиваете?
— Видите ли, минут сорок назад ко мне пришли двое. Из Красной гвардии. Матрос и солдат.
У Тохи отвалилась челюсть.
— Кто их пустил?
Тугушев грустно усмехнулся:
— Боюсь, голубчик, они теперь не спрашивают, куда им можно заходить, куда нельзя. Так вот, матрос представился капитаном окружной контрразведки Прилуцким и просил вам передать, чтобы вы не о чём не беспокоились. Всё под контролем. На мой вопрос «о чём не беспокоиться», сей господин изволил ответить, что он, то есть вы, всё поймёте.
— Интересное кино, — пробормотал Тоха, почесав голову и зло подумал:
«Наблюдают, значит. Но почему так долго не объявлялись? Надо же, под контролем у них всё! Так какого не вытащат меня обратно? Я уже здесь четыре месяца».