Я удержал её, не давая рвануть обратно.

— Те чё, жить надоело⁈ Плевать на корзину! Уходим!

— Ты не понимаешь! — Заголосила она с неожиданной силой. — Там заказ! Шитье для барыни! Если потеряю, мне век не расплатиться! Хозяйка в долговую яму посадит!

Да ёп твою мать!

Девчонку трясло. В этот момент за углом послышался тяжелый, сбивчивый топот. Я напрягся. Но из темноты вынырнули свои.

— Сеня! — выдохнул Васян, тормозя юзом. — Ты его… того? Убил?

Они видели, как рухнула та гора мяса.

Девчонка снова дернулась в сторону тупика.

— Сам схожу, — отрезал я, принимая решение. — Один. Так тише будет. Васян, держи её. Если кто чужой: гаврила или фараон, — появится, хватайте девчонку в охапку и тикайте сразу. Меня не ждите.

После чего развернулся и нырнул обратно в темноту.

В тупике было тихо, только снизу доносилось булькающее, хриплое дыхание. Мастеровой лежал в той же позе — мордой в грязи, раскинув руки.

Я подошел не таясь. Присев на корточки, потрогал шею. Жилка бьется. Ровно, мощно.

«Жить будет, — хмыкнул про себя. — Просто свет выключили. Скажи спасибо, что я тебя в грязи не утопил, урод».

Но и уходить пустым не хотелось, раз пришлось возвращаться.

Оглянувшись, я быстро начал шмонать его одежду.

В кармане широких портов звякнуло. Пальцы скользнули внутрь, нащупывая металл. Я выгреб все подчистую.

В темноте не разглядеть, но на ощупь — пятака три меди и что-то покрупнее. Серебро. Кажется, ламышник — полтинник.

Негусто, но для нас целое состояние.

Небрежно ссыпав монеты в карман, я прижал их ладонью, чтобы не звякали. Совесть молчала. Этот ублюдок только что хотел сломать жизнь девчонке. Считай, легко отделался.

Оглядевшись, я поднял валявшуюся у стены плетеную корзину.

Грубо затолкав материю обратно, бросил последний взгляд на поверженного гиганта и быстрым шагом направился к выходу.

— Ну что? — шепотом спросил Грачик, когда я вынырнул к ним.

Увидев корзину в моих руках, девчонка всхлипнула.

— Проверяй, — коротко бросил я, сунув ей добычу. — Всё на месте?

Она судорожно ощупала сверток.

— Да… Вроде да. Грязная немного сбоку, но шитье цело… Господи, спасибо…

— Тебя как звать-то? — глянул я на нее.

— Варя, — протянула она.

— Пошли отсюда, — скомандовал я. — Быстро. Веди, красавица. Куда тебе этот клад доставить надо? Проводим. Одной тебе сейчас только на беду напороться.

Варя кивнула, трогательно, как ребенка, прижимая корзину к груди.

Поминутно оглядываясь, мы двинулись прочь с проклятого места.

— Ох, дура я, дура я набитая… — бормотала Варя, пока мы почти бегом направлялись к набережной Фонтанки. — Думала срезать через дворы. Хозяйка, мадам Попова, ужас как серчает, если срок пропустишь!