— Ты ничего о них не знаешь, — функционер внимательно следил за реакцией собеседника. — Оно и понятно. Мы предпочитаем не освещать эту тему в новостях.
— Они существуют? — удивился Ю.
— Безусловно, — заверил Муравецкий. — У меня достаточно информации, подтверждающей реальность происходящего. Неведомая сила вторглась на Землю, захватила несколько плацдармов и начала строить свои изменчивые башни. Впрочем, не это самое страшное.
— А что?
— Птицы манипулируют сознанием людей. Наделяют избранных представителей человеческой расы сверхспособностями. Причем, вариантов очень много. Разнообразие навыков выходит за рамки всего, чем владеет Система.
— Это невозможно, — вырвалось у Ки.
— А как быть с убийством устранителя, господин Ки? — в голосе функционера прозвучала насмешка. — Однажды происходит нечто, прежде считавшееся невозможным. Никто в начале двадцать первого века не относился всерьез к зомби-апокалипсису. Наши предки снимали фантастические фильмы и сериалы, писали книги на эту тему. Рисовали в графических редакторах смешные картинки. Затем случился вирус — и его тоже высмеивали. Первые мертвецы восстали — и что произошло? Блогеры снимали на телефон поедание прохожих, выкладывали ролики в Сеть, радовались лайкам и подписчикам.
— Блогеры? — переспросил Ки.
— Устаревшая профессия, — отмахнулся функционер. — Создатели так называемого контента. Раньше, до вашего рождения, господин Ки, на развлекательных видео, фотографиях и текстах можно было неплохо зарабатывать.
— Каким образом?
— Показы рекламы.
Ю Ки осмыслил информацию. Похоже, отец-основатель говорил правду. Но что есть «развлекательный контент»? В медийном пространстве Системы контент создавался службами, подконтрольными идеологическим отделам Анклавов. «Дикое вещание» каралось по всей строгости закона. Разумеется, существовали люди, подобные Топору, — они самовольно подрубались к спутникам и организовывали трансляции на запрещенных радиочастотах. К счастью, вся эта ересь глушилась оборудованием Системы. Лишь незначительный процент нелегальной информации просачивался в Анклавы через ретрансляторы и «черные» кабеля «Рассвета».
— Вернемся к психоптицам, — тон функционера сделался сухим и по-военному лаконичным. Экскурсы в прошлое закончились. — Они прибыли и начали отвоевывать себе пространство для жизни. А теперь вдумайся, что произойдет, когдавсе солдаты Джума обретут способности паранормов. И даже обойдут нас в своем мастерстве.
— Начнется война, — прошептал Ю.
— И мы ее проиграем.
Сама мысль о падении Системы внушала ужас. Диссиденты любят рассуждать о подобных вещах, но Ки был уверен, что созданное постлюдьми общество на редкость устойчиво. Нерушимо. Это аксиома, которую ему вбили в голову еще в раннем детстве.