«Так-таак-та-а-а-а-а-кхх- кхххх- кхххххх…» — опять закряхтело нечто, находящееся в кроватке.

И тут я все понял…!!! Элементы загадки сложились воедино. Скомканные и испачканные рвотой и калом одеяла в гостинной. Клоки волос на диване. Оставленная открытой входная дверь. И нечто, слабо пищящще в детской кроватке… Вся картина разом открылась мне, как бывает в историях про Шерлока Холмса, который методом дедукции раскрывает тайну убийства, считывая информацию с мелочей обстановки места преступления. Выходит, что семья заразилась. Родители слегли в коме на диване в гостинной. И, пройдя инкубационный период, «обратились», оставив своего ребенка в квартире одного, а сами примкнули к орде…

Осознав все это, я опустил ружье вниз. И медленно прошел через комнату к детской кроватке. С комком в горле. С тяжестью в сердце. Боясь того, что увижу. И опасаясь испытания, которое мне предстоит пережить.

То, что я увидел там…, на дне кроватки, когда плотный круг света от налобного фонаря опустился вниз, было хуже, чем я того ожидал.

Это был крохотный, голый, склизкий, безволосый кусок липкой плоти. Он лежал на спине и мерзко пищал, протягивая ко мне свои тощие ножки и ручки, обтянутые серовато-фиолетовой кожей в сетке лиловых вен. Его глазки светились фосфорной желтизной, а пасть скалилась едва пробившимися из десен клыками. Он пытался дотянуться до меня, перевернуться на живот. Но не мог. И лишь продолжал извиваться и дергаться, тянуть кверху конечности и омерзительно пищать, не сводя с меня своих ядовито-желтых глаз. Похожий на крысеныша, родившегося в сточной канаве и оставленного матерью-крысой умирать без пропитания. Но несмотря на жуткие мутации, произошедшие с телом, это все же был ребенок. Изменившийся почти до неузнаваемости, но все же младенец человека. Совсем недавно бывший здоровым розовощеким крепышом, умиляющим родителей своими смешными выходками и хохочущий по пустякам на радость окружающих.

Стоило мне чуть ниже склониться над кроваткой, как сквозь маску мне в нос ударил концентрированный тошнотворно-сладковатый смрад, исходящий от тела существа, а также от скомканных одеяльца и простынки, измазанных и пропитавшихся зеленоватыми рвотными массами и испражнениями. И я инстинктивно отпрянул и поправил на лице маску, опасаясь, что вдыхая этот «аромат», допущу инфицирование заразой.

Это было отвратительное, неописуемое по своей пугающей невообразимости зрелище!!! Я уже видел однажды «обращенного» ребенка. С месяц назад. В тот день, когда впервые общался со «старым приятелем», который на моих глазах выводил из соседней квартиры «обращенное» семейство. Но тот ребенок был постарше. А сейчас — младенец!!! Человеческий младенец! Изуродованный заразой и похожий на вонючую крысу. Но все же — младенец!!!