Окрыленный подобными мыслями, я поспешил обратно к семье.

Когда я вернулся в комнату, то услышал, как глухие удары в дверь теперь сопровождались звонким железным треском, что могло свидетельствовать о том, что входная дверь вот-вот поддастся под натиском тварей. Что металлические петли съезжают с креплений, а штыри засовов выгибаются. Значит таймер обратного отсчета вымерял самые последние секунды перед тем, как существа вломятся в квартиру.

— Ну? Что?!! — обратилась ко мне супруга, отчаянным взглядом посмотрев на меня, опасаясь плохих новостей. Девочки стояли по сторонам от матери, прижимаясь к ее ногам, и также вопросительно подняли на меня глазки.

— Все отлично. Проход есть, — поспешил успокоить ее я. — Надо торопиться. Уходим! Они сейчас прорвутся…

Подобрав ружье с пола, я немного помедлил, обдумывая как с ним поступить. И принял решение положить его в рюкзак, рядом с другим ружьем, а взамен ему заручиться помощью бейсбольной биты, которая все это время торчала увесистой деревянной ручкой из рюкзака, и в наших обстоятельствах позволила бы мне обороняться от врагов без лишнего шума. Я заложил биту за ремень, набросил на спину рюкзак и повел семью к пожарному выходу.

Мы спустились по пожарной лестнице вниз по отработанной ранее схеме. Сначала я скинул вниз рюкзаки, потом спустился сам, принял старшую дочь, младшую, а последней спустилась супруга. Напоследок, я снова поднялся по лестнице вверх на покинутую нами лоджию и потратил драгоценную минуту, чтобы приставить холодильник как можно ближе обратно к стене, чтобы скрыть следы нашего побега. Потом, спустившись, вернул дверцу на место, при этом услышав как наверху отчаянно загрохотало и завизжало. И после послышался тяжелый звериный топот лап десятков возбужденных охотой тварей, которые ринулись в покинутую нами за считанные секунды до вторжения квартиру.

Мы нашли свободный пятачок среди нагромождений коробок и ведер, и присели на холодный пол. Я выключил налобный фонарь, чтобы не привлекать к нам внимание, на случай, если в квартире мы были не одни. И стал слушать, как неистово беснуется наверху орда, снова позволившая нам проскользнуть у них под носом.

Мы молча обменивались взглядами, вздрагивая от особо яростных звуков. Девочки же вскоре закрыли глаза, тесно прижались к нам, подобрали ноги, свернулись калачиками и закрыли ладошками уши, пытаясь по-своему, по-детски защититься от ужасающих обстоятельств, в которых мы все находились. А я, ожидая, что «старый знакомый» вновь попытается выйти со мной на «связь» проверил высоту и целостность моей воображаемой стены, которая стояла крепко и внушительно, защищая от проникновения зверя.