Варган остановился и присел на корточки. Я подошёл ближе.

На влажном мху у самой воды вмятины — маленькие, неглубокие. Следы сандалий — женских, узких. Рядом — пучок оторванного мха, свежий, с белёсыми корешками.

— Здесь она была, — Варган провёл пальцем по следу. — Рвала мох, присела на корточки. Потом встала, — он показал на другие отпечатки — глубже, неровнее, с проскальзыванием, — и пошла обратно. Торопилась — ноги ставила криво, шатало.

Уже действовал яд. Или она увидела то, от чего хотелось бежать.

Варган выпрямился и посмотрел на стволы деревьев вокруг ручья.

Я тоже посмотрел.

Кора как кора — бугристая, серо-бурая, покрытая лишайником и мелкими наростами. Десятки, сотни неровностей на каждом стволе. Любой из этих бугорков мог быть Жнецом, а мог быть просто куском коры.

Варган медленно обошёл ближайший ствол, присматриваясь. Наклонялся, щурился, трогал пальцем выступы. Покачал головой.

— Не вижу. — Голос ровный, без раздражения — констатация факта. — Если тварь и впрямь от дерева не отличишь, то без следопыта мы тут до ночи проторчим.

Он посмотрел на Тарека.

Мальчишка стоял у соседнего дерева, рассматривая кору. Потом медленно стянул правую перчатку и прижал ладонь к стволу.

Закрыл глаза.

Несколько секунд ничего не происходило. Тарек стоял неподвижно, как часть пейзажа, только пальцы чуть двигались, перебирая неровности коры. Потом убрал руку, перешёл к следующему стволу. Приложил ладонь и замер.

Шагнул дальше. Третье дерево. Четвёртое.

Варган наблюдал молча, скрестив руки. В его глазах мелькнуло что-то незнакомое — не гордость, скорее удивление. Он видел, как сын делает то, чему его никто не учил.

Пятое дерево. Тарек прижал ладонь к стволу и замер дольше обычного. Пальцы остановились. Лицо напряглось.

— Тут, — сказал он тихо. — Пульсирует. Еле-еле. Как… — Он подыскивал слово. — Как жилка на горле, когда человек засыпает. Медленно и слабо.

Варган подошёл в два шага. Нагнулся, вглядываясь в то место, куда указывал сын.

Я тоже подошёл.

Сначала не увидел ничего — кора, бугорок, трещина. Потом глаз зацепился за контур. Один из наростов на высоте колена был чуть более гладким по краям, чуть более симметричным — овальный, семь-восемь сантиметров в длину. Если бы не подсказка Тарека, я бы прошёл мимо сто раз.

— Он, — подтвердил я. — Не трогай голыми руками.

Варган кивнул. Натянул перчатку, достал нож и осторожно подвёл лезвие под край «нароста». Тварь не шевелилась. Он поддел её, как присохшую заплатку, и рычагом отделил от ствола.

Сухое тельце упало на кусок кожи, который Тарек подставил снизу.