Кашемир прошла к столу и остановилась у картины, тоже её изучая. Затем отодвинула стул и села на него, приглашающе показала на диванчик, в котором мне удалось подремать до этого.

— Я буду говорить с вами откровенно, Михаил Иванович, — отчеканила Кашемир. — У меня приказ в кратчайшие сроки раскрыть это дело и поэтому меры разрешены любые. Однако, Михаил Иванович, я должна у вас спросить: вы готовы добровольно пройти процедуру составления Слепка памяти? Хочу отметить, что такое решение зачтётся в суде.

— Разумеется, Мирослава Вахтанговна, — спокойно ответил я. — Однако прошу помнить параграфы о защите государственной информации, и ограничится событиями, приведшими к скоропостижной кончине господина Губарёва. Надеюсь, ваш специалист достаточно профессионален.

— Прекрасно, — равнодушно улыбнулась ротмистр. — Господин Лисицин тоже согласился на процедуру. Тогда не станем терять время. Личный психомант Его Императорского Величества направляется в Барановичи и будет здесь к утру. Вопросы о его профессионализме предлагаю задать ему напрямую, если появится такое желание. До этого момента вы находитесь под охраной жандармерии. Есть ли какие-нибудь пожелания?

— Мне бы подушку, — посмотрел я на диван.

— Всё сделаем, Михаил Иванович. Может быть, я могу ещё чем-то вам помочь? Ответить на какие-то ваши вопросы?

— Вы даже не спросите у меня, что случилось? — усмехнулся я.

— Зачем, ваше благородие? — чуть склонила голову Кашемир. — Если вы хотите о чём-то рассказать, то я готова буду вас выслушать. Но слепки покажут истинное положение дел, раз уж они затребованы Его Императорским Величеством. И полагаю, чем меньше я буду знать об этом деле, тем безопаснее будет моя служба в дальнейшем.

— Хорошо, Мирослава Вахтанговна, не настаиваю. Безопасность прежде всего.

— Простите, если резка, — совершенно без участия продолжила ротмистр. — Эти стены слышали много историй. Часто противоречащих друг другу. Но личный приказ Императора я не получала никогда. Так что давайте просто не будем мешать друг другу и найдём нашему времени лучшее применение.

— Вы мне нравитесь, Мирослава Вахтанговна, — не удержался я. — Ваша откровенность обескураживает. Честное слово, я восхищён вашим подходом. Но вы абсолютно правы. Сколько меня здесь продержат?

Кашемир снова улыбнулась, но чуть теплее.

— Полагаю, завтра вечером я смогу дать вам ответ на этот вопрос. Пока я бы посоветовала вам отдохнуть. Процедура составления Слепков может быть… Затратной по времени и силам.

— Вот и отлично. Не забудьте про подушку, пожалуйста.