— Значит так, если будете препираться, то оставлю вас здесь. Мне ваши разборки не нужны, покойникам и подавно, — обернулся я к двум продолжающим спорить женщинам. — Я и сам смогу узнать то, что мне нужно, без вашей помощи и ваших визгов.
— Мы не будем визжать! — ответила Чопля и покосилась на Оксану. — По крайней мере я точно не буду. За остальных ручаться не могу.
— Я тоже визжать не буду! — буркнула Оксана. — Вот ни за что не заставите! Как бы всякие-разные не старались!
Я вздохнул. Ведьмачье чутьё мне подсказывало, что не стоило брать этих подружек с собой, что обязательно как-нибудь накосячат! Но и оставить их на улице в полночь я не мог — тут район не вполне спокойный, могли и обидеть ненароком.
— Тогда слушаем меня! Делаете вид, что вы немые и глухие! Ни на что не реагируете, мне не мешаете и под ногами не путаетесь. Ничего не трогаете и ничего не касаетесь! Всё понятно?
— Да, — дружно кивнули подружки.
Слишком быстро кивнули. Так соглашаются в тех случаях, когда согласие вообще никакой роли не играет. То есть можно спросить у пешехода на улице: «Вы согласны, что сейчас хорошая погода?» В ответ точно также ответят: «Да!» и пойдут себе дальше под проливным дождем без зонтика.
Ну что же, сделаю вид, что поверил.
Я подошел к двери пропускного пункта, нажал пимпочку звонка и послушал резкую трель. Когда в небольшом окошечке появилась хмурая физиономия, то с улыбкой произнес коронную фразу:
— Добрый вечер. Вас должны были предупредить по поводу посещения Эдгартом Южским этого богоугодного заведения.
Вежливость — лучшее оружие ведьмака! Не стоило буксовать при первом шаге по территории больничного комплекса.
Окошечко закрылось. После этого щелкнула задвижка замка и дверь открылась, гостеприимно пропуская нас внутрь. Охранник, невысокий пожилой толстячок в черной мятой форме, сделал приглашающий жест.
Мы прошли внутрь, двинулись за отошедшим толстячком и оказались на другой стороне пропускного пункта. Больничный двор был пуст и уныл. Только ветер гонял по асфальту упавшие листья, да горели тусклые фонари над административными коробками зданий.
— Слышал я о таком, слышал… предупреждали. В общем, вот сейчас идете прямо, сто метров, там увидите справа трехэтажное здание. Постучите в железную дверь, может быть даже ногами. Там Кузьмич сегодня дежурит, а он слегка глуховат. Он всё знает, так что проводит. Эх… Первый раз вижу, чтобы ради студентов ночью двери в морг открывали. Похоже, что вы какие-то важные шишки. Может быть даже оперативники из императорской охранки?
— Отец, не стоит спрашивать о том, о чем сам потом захочешь позабыть, — я спецом сделал голос грубее, чтобы он звучал более убедительно.