Как только я покинул комнату, так почти сразу же в коридоре показались мои новые знакомые.
— Ну что, господа, отправимся в путь-дорогу? И пусть тропинка приведет нас только к уважению и взаимопониманию! — выдал я.
— Красиво рисуете, господин Южский, — кивнул Лопырев. — Я уже предвкушаю те тосты, что будут произнесены за столом.
— О да! Дядька Агафон, что обучал меня кулачному бою, очень любил выпить, но вот без тостов ему никак не заходило. Не лезло в глотку, да и всё тут. Поэтому каждый раз, когда садился с мужиками за стол, то такого наворачивал… Ну и я некоторые запомнил.
Путь до кабака пролетел незаметно. В основном трещал я, располагая новых соседей к себе и незаметно вытаскивая нужную информацию. Ребята немного расслабились, сообщили немногим больше о себе.
В принципе, моё первое впечатление оказалось верно — заводилой и умом в этой компании был тощий Говардский, а Лопырев являлся мускулами и кулаками. Вместе они составляли образ одного крепкого человека. А вот по отдельности вряд ли могли восприниматься всерьез.
Что же, это отчасти было хорошо, а с другой стороны и не очень. Но мне было на них в целом наплевать — эти двое могли послужить только источником информации. Пусть и удастся выдоить только крупицы, но из крошек состоит каравай. А я умею собирать пазлы воедино…
Глава 14
Ресторан «Латунная дама» был не из дешевых, но и не из самых дорогих. Так, средней руки забегаловка, где можно набить брюхо и не сильно ослабить тяжесть кармана.
Название оправдывало то обилие желтого цвета, которое было внутри. Лепнина, перила, кованые спинки стульев — всё было сделано из этого сплава. Издали оно и могло напоминать золото, также посверкивало. Однако хозяева сразу озаботились, чтобы клиенты не тащили предметы утвари — на черенках было вытравлено слово «Латунь». Это чтобы лишний раз ложечки из карманов подвыпивших клиентов не доставать.
Сам я тут был несколько раз, причем в последний заход зажал грудастую официанточку Олёну в углу. Она попищала, для вида помялась немного, а потом отпросилась с работы, причем я выплатил вызов её сменщицы пораньше!
И ух, как мы зажгли той ночью…
Жарил её с тем же тщанием, с каким местный повар готовил мясо. После бессонной ночи она призналась, что такого бурного секса в её жизни никогда в жизни не было. Признаться, мне это польстило. Правда, оставаться ещё на несколько ночей я не стал — меня звал служебный долг! Ну, я назвездел примерно в таком ключе… В своё оправдание могу сказать, что оставил нехилые чаевые!
Мне было интересно — узнает ли она меня? Вспыхнет ли в девичьей груди огонёк? Шевельнётся ли тоска по крепкому ведьмачьему плечу?