— Это… я люблю авансы… Но… Может ты сперва расскажешь мне — почему преследуешь тех парней?
— А почему бы и нет? В процессе и расскажу…
Она подалась ко мне и наши тела соединились в страстном объятии…
Если кто занимался любовью под ликом луны на крыше дома, то поймет моё состояние. Поймет эти волшебные мгновения и неудобство поз. Поймет то острое возбуждение оттого, что нас могут застукать в самый ответственный момент.
Лежащий неподалеку воробей очнулся, посмотрел на нас, вздохнул и отправился по своим делам. Пешком. Судя по всему — лететь после такого нервного потрясения он был не в состоянии. А зазовка начала рассказывать, перемежая историю редкими вздохами и всхлипами…
Глава 26
Три девушки, мокрые как утята после первого купания, сидели под густыми еловыми лапами возле небольшого костерка. Худые руки тянулись к теплу, синяя кожа ног поблескивала в языках пламени. Совсем недавно им пришлось переплыть реку по холодной октябрьской воде, чтобы сбить преследователей со следа. Всё это, чтобы ускользнуть от жестоких надзирателей «Райского дома», дома для детей-сирот.
И всё потому, что старшей девушке, Марине, скоро стукнет шестнадцать. Она войдет в «пору цветения» и будет выставлена на черный рынок, как девственница в самом соку. Очередной лот для любителей «прорвать пленку». Через год Ольгу ждала та же участь. А ещё через два и Оксана была бы брошена на кровать к очередному богатому любострастцу.
«Райский дом» находился под защитой влиятельных аристократов, и никто из посторонних не мог проникнуть в зловещую тайну каменных покоев. Только избранные, люди с набитыми карманами и пустыми душами.
Огонек горел под широкими еловыми лапами. Дыма он почти не давал, да и тепла было немного, но с другой стороны его и заметить было очень сложно. А не греться было нельзя — можно запросто подхватить воспаление легких. Ель должна спасти от посторонних глаз… Должна…
— Мы спасемся, — проговорила тихо Оксана. — Мы обязательно спасемся.
— Рано или поздно, но нас всё равно поймают, — покачала головой Марина. — Мы только смогли выиграть немного времени.
— Нет, не говори так! Мы убежим! — жарко поддержала Ольга. — Мы скроемся, устроимся на какую-нибудь работу. Пусть даже посудомойщицами. А как получится купить новые документы, так и…
Ольга не успела договорить. Душистые ветви шевельнулись, а на девушек уставилась злорадно скалящаяся рожа надзирателя Пантелеймона.
— Здрасте, девочки, добегались?
— А-а-а-а! — вырвался дикий визг из трех ртов.
Девчонки дернулись прочь от страшной рожи, перекроенной поперек шрамом. Они выскочили наружу и попали в руки остальных надзирателей. Пока они грелись у огня, мужчины успели бесшумно подобраться близко-близко. И теперь жесткие ладони сомкнулись на шеях, руках и плечах девчонок.