— Кураре? Серьезно? Рундар, ты так меня недооцениваешь?
Количества яда недостаточно для смерти, но хватает, чтобы парализовать человека.
Глаза гнома увеличились до размеров тарелок. Он пошатнулся и заорал:
— Три! Три! Три!
— Будешь часто тереть — волосы на ладони вырастут! — философски заметил я и добавил. — Глянь-ка, сейчас не выросли?
Гном на автомате опустил глаза на ладонь, а я опустил свой кулак на его макушку. Получился довольно-таки гулкий звук, как будто по кастрюле шаранул.
— Кряк, — озадаченно произнес гном и начал заваливаться назад.
— Ну да, лучше и не скажешь, — кивнул я в ответ.
— Уа-а-а-а!!! — донеслось с двух сторон.
Сидевшие в засаде выскочили на вольный простор и помчались ко мне, огибая оградки и хрустя пластиковыми цветами под ногами.
Понеслась…
— Кузьма! Продолжай петь! — выкрикнул я.
— Э-эй ухнем! — тут же послышалось с его стороны. — Э-эй ухнем! Ещё ра-а-азик, ещё да раз!
Фигуры нападавших были в темных тренировочных костюмах. На рожах лыжные маски, на руках тактические перчатки. Прямо целые коммандос, мать их так через косяк!
Судя по движениям — нападать им приходилось не раз. То есть это не обычные забулдыги, которых можно нанять за бутылку водки. Это ребята с опытом. Что же, тогда и действовать буду, как против ребят с опытом.
Кузьма продолжал надрываться, заслоняя своим телом обзор для стрелка:
— Мы-ы-ы-ы по бережку идё-о-ом!
Двое от склепа напали разом. Я в прыжке также зарядил разом ногами по челюстям. Получилось неплохо. Они отлетели и шлепнулись на задницы, проехавшись пару метров по палой листве. Подскочив, несколькими ударами довершил начатое. На время они отключились.
— Песни солнышку поё-о-ом!!!
Тот, что был у надгробия, напал на меня с ножом, тускло блеснувшим в лунном свете. Вихор, что торчал над надгробием, вырывался из дыры в лыжной маске. Как раз за этот вихор я и схватил проходимца. За вихор и об коленку. Добавить живицы и вот уже результат — из глаз в прорезях лыжной маски посыпались искры.
Человек, который пытался прикинуться какашкой, лежа у оградки, поднялся и прыгнул на меня с криком:
— Гандон!
Я встретил его уклоном, пропуская здоровенный тесак над собой. Металл со свистом рассек воздух, а в следующий момент мой кулак впился в грудь нападающего. Я чуть ли не увидел тот воздух, какой вышел из пасти нападающего, когда его легкие опустели. Он согнулся, а я шарахнул по мощной шее ребром ладони.
— Ай-да, да ай-да! Ай-да, да ай-да!
И всё равно противник не упал. С трудом он выпрямился и снова махнул тесаком. Он и первый-то раз не имел шансов, а уж второй… Тесак вонзился в асфальт, а через пару прорезавших кладбищенскую ночь ударов упал и его владелец.