— Ты мне поможешь, ведьмак, — наконец произнесла она.
— Помогу, — ответил я.
Почему я так ответил? Да потому что не только я умею добавлять всякую херню в компот. Меня тоже попытались снова развести на зелье Неприкосновения, но… Я уже воробей стреляный, поэтому сразу ощутил еле слышимый запах лесного ореха. Стаканы с компотом были заряжены с двух сторон. Но вот я знал про зелье Неприкосновения, а моя собеседница не могла знать про Истинную Чистоту — это зелье никаким образом не распознается и не чуется. Пока не произнесешь заклинание, оно неактивно. Да и выветривается быстро и безболезненно.
Но мне надо было показать, что я сейчас вообще послушен и согласен на многое. Поэтому и бить не стал, чтобы зазовка ничего не заподозрила. А что она сама животом на меня наскочила, так это не противоречит воздействию зелья. Да и нож я выбил, ударив по рукояти, а не по руке.
Эдгарт Южский находится под влиянием зелья, так что он согласен на всё и на всякое… И не может напинать зазовке. Зато может спросить кое о чем…
— Скажи, ты называла себя Оксаной… Зачем? Ведь я искал тебя под именем Маргарита.
— У меня было много имен, — покачала зазовка головой. — И я отреклась от настоящего, чтобы оно не связывало меня с прошлым.
— Да? Обычно отрекаются от прошлого, чтобы оно не влияло на настоящее, — хмыкнул я в ответ.
— Не докапывайся до слов, ведьмак, — покачала головой зазовка. — Ты же тоже отказался от своей фамилии, чтобы стать лучше. Чтобы прикоснуться к аристократии…
— Ха! Туше! Так как тебя называть-то?
— А как хочешь, так и называй. Мне всё равно. Ведь после Комовского у меня не останется сжигающей мести, не останется внутреннего огня, что сжигает меня изнутри. Знаешь, порой в треске пламени мне слышатся голоса девчонок. Они призывают меня к отмщению. И я сделаю это, а там… Там я возьму себе новое имя, сделаю новые документы и заживу где-нибудь в глухой деревне. И никто никогда меня не найдет. Даже если будут очень сильно искать, — вздохнула зазовка.
— Ты думаешь, что императорские опричники не смогут тебя отыскать?
— Не всё так просто, ведьмак, — усмехнулась зазовка. — Не так всё просто…
— Темнишь? Ведь я сказал, что помогу тебе.
— Поможешь, это да… Но не всё тебе дано знать, Эдгарт Пахомов. И я не могу тебе рассказать всего…
Вот тебе и здрасте. Только что трещала и разливалась соловьем, а теперь уже не может рассказать всего. Это может быть только одно — действие зелья Истинной Чистоты заканчивалось.
Я решил закинуть удочку на проверку:
— Может быть ты просто не знаешь?
— Знаю, ведьмак, знаю. Но тебе не скажу, — потянулась зазовка за разбросанной одеждой. — Светает уже, надо собираться. Сегодня случится моя последняя месть. И ты мне в этом поможешь…