Сначала глаза зацепились за постамент из четырех ступеней. На этом постаменте стоял громоздкий трон. На подушке из алого бархата сидела в шикарном платье, которое сделало бы честь всем королевам мира, Оксана Николаева. Да-да, моя спутница, помощница, подружаня и прочая-прочая-прочая. Она сидела, усыпанная драгоценностями, как новогодняя ёлка мишурой, и смотрела на то, как перед ней, на чёрном каменном алтаре совокуплялась пара.
Нижним участником совокупления, как вы могли уже догадаться, был Василий Комовский. Он стонал, ахал, охал и даже пару раз хрюкнул. В его руках уместились две женские груди, которые я совсем недавно видел. То есть, видел не отдельно от женского тела, а вместе с женским телом. И тело тоже было знакомым. Особенно немного ниже пупка… Груди знакомые, тело знакомое…
Зазовка!
По разным сторонам от трона застыли два орка-опричника. Те самые, которые недавно пытались нас с Кириллом Лопыревым защемить в подворотне у ресторанчика. Одного из них вроде бы звали Вакран. Второго не имел чести знать.
А теперь упомяну про обстановку. Стены зала задрапированы гобеленами, на которых страшные мордатые черти и прочая нечисть гонялась с гиканьем за людьми и нормальными существами.
Почему с гиканьем? Ведь это же гобелен…
Потому что нельзя с такими мордами гоняться молча. Обязательно какая-нибудь пакость да вырвется! По себе знаю…
Могучие канделябры с черными свечами освещали творящееся на алтаре безобразие. Сам алтарь был прямоугольной формы, а вокруг него, на камнях горели синим светом вычерченные руны. И всё это происходило под гром органа и пение Поперчитте…
Ужас, да и только!
— Ба! Знакомые всё лица! — проговорил я, показываясь на пороге зала.
Орки тут же сделали шаг ко мне. В их обнаженных по плечи руках появились ятаганы, горящие таким же синим светом, как и руны на камнях. Сидящая на троне красотка подняла руку. Опричники остановились.
— Как же долго ты шел, — произнесла Оксана. — Надо было сразу тебя пригласить, но мне почему-то хотелось, чтобы ты немного помучился.
— Я и помучился самую малость, — хмыкнул я в ответ. — Думал, что ты сообразишь поставить кого покрепче.
— А зачем? — пожала она плечами. — Мне нужно было только чтобы ты сбросил часть своих элексиров. Ты же сейчас ослаб. Ещё немного и тебя сможет победить даже обычный человек, — она посмотрела на остановившихся было зазовку и Комовского. — Ребята, вы продолжайте-продолжайте. Немного осталось…
— Оксана, — окрикнул я зазовку. — Ты не должна этого делать. Ты ещё можешь остановиться и вернуться к нормальной жизни.