Вот это уже дело. Как бы не страшился Кирилл зуботычин, но в предстоящем деле собрался и отбросил страх. Это потом можно будет ужаснуться и подрожать под одеялом. Сейчас надо отстоять честь и достоинство рода!
— Ну, держитесь, щенки! — рычит Вакран и бросается вперед.
Всё, началось!
Орк мощным снарядом подлетает к нам и нарывается на водяной хук. Кирилл пусть и подсыкивает, но своё дело четко знает! Водяной снаряд влетает в оскаленную рожу орка и разлетается по ней брызгами. Вот как будто мальчишки-хулиганы наполнили презерватив водой, да и швырнули с двадцатого этажа. Только от презерватива не бывает такого ощущения, как будто мастер спорта заехал боксерской перчаткой.
Да ещё как удачно попадает-то!
От этого снаряда морда орка задирается вверх, а сам он продолжает движение. Всего лишь секунду, но мне этого хватает.
Моментальный выброс живицы превращает кулак в большой голыш. Всё-таки я за стихию земли выступаю, так что надо соответствовать!
Вот этот вот самый булыжник что есть дури и лупашит в стальной пресс орка. У меня даже успевает промелькнуть мысль — не перестарался ли?
— Ха-а-а!
А нет, не перестарался. Орк всё-таки хоть и понтовался, но накинуть Кольчугу Души не забыл. Булыжник не прошибает заградительный заслон, зато заставляет орка согнуться. А стоит оскаленной морде только нагнуться над моим плечом, как её радостно встречает ещё один водный снаряд.
— О как лихо сработано! Как будто мальцы это на тренировке отрабатывали! — слышу я голос Бетлога, пока орк отлетает назад.
Второй орк наблюдает, как Вакран шлепается у него под ногами на грязный асфальт. После этого из пасти стоящего вырывается рык, а боевая дубинка вспыхивает алым пламенем.
Во как! Он всё-таки решается применить боевое оружие. И ведь знает, что за это его не похвалят!
— Эй, они же безоружные! — кричит Донгар.
Увы, ярость заглушает все звуки. Орк просто не слышит, а потому может навредить не только мне, но Кириллу. Приходится переходить к кардинальным мерам.
От удара живицей под ногой орка проваливается асфальт. Ненамного, но хватает, чтобы он споткнулся. Я же воспаряю ясным соколом и херачу коленом точно в выпяченную челюсть.
Хрусь!
Ой, прости, зеленый…
Один из клыков падает на асфальт, а орк удивленно следит за его полетом. Его слегка осоловевшие глаза чуть-чуть не сходятся на переносице. Однако, выучка опричника всё-таки дает о себе знать. Он не падает, а встряхивает головой и рычит, как разозленный тигр.
— Ребята, ещё не поздно извиниться и свалить, — подмигиваю я, отшагивая назад.
— Вам? Вам уже поздно… Кровь пролилась и за неё кто-то должен ответить! — грохочет Вакран.