Не понимаю, откуда у Киса после его двенадцатичасовых смен в сервисе или тренировок на треке хватало сил на что-то еще. К вечеру я валюсь с ног от усталости, но это и к лучшему. Плакать по ночам стала меньше. Быстро выключаюсь.
Добираемся до почти уже моего универа. Сейчас сдам еще два документа в оригинале, и все. Не верится, что прошла. Сама. Без помощи отца и мамы. Только порадоваться пока было некогда.
— Поздравляю, — улыбается секретарь приемной комиссии. — В главном холле на стенд уже вывесили информацию для поступивших. Обязательно прочитай и сфотографируй, чтобы ничего не забыть.
— Конечно. Спасибо, — улыбаюсь в ответ.
Идем с Анаит искать стенды. Это просто. Возле них толпа таких же счастливчиков с телефонами, как и я. Отщелкивают, уходят. Протискиваюсь между девочками. Бегло читаю про собрание, что принести с собой и так далее. Фотографирую и возвращаюсь обратно к Ани.
Теперь нам предстоит самое сложное. Выходим на улицу. Смотрю по навигатору в мобильном, как нам удобнее добраться отсюда до дяди Сурена. Можно было бы не напрягаться и взять машину, но я имею минимальный опыт вождения. Очень не хочется даже случайно ее поцарапать. Она уже выставлена на продажу. Мне подсказали, что быстрее и проще это можно сделать через салон, но там дают гораздо меньше. Я все еще надеюсь продать ее максимально выгодно. Время пока позволяет. Все срочные платежи в клинике мы закрыли. Я вчера выдохнула, когда пришел первый спонсорский платеж от клуба «Либерти» и дал мне время.
Не знаю, сколько раз я сказала Гордею спасибо. До сих пор в груди тепло от такой помощи друзей Саркиса. Честно, я не знала, что такая дружба существует. Это все было далеко от меня. За гра нью моего розового мира, наполненного мечтами о творческом успехе.
Ани толкает меня в бок. Чуть не проехали свою остановку. Выходим. Тут продают кофе и рядом мороженое.
— Хочешь? — предлагаю ей.
— Нет, — вертит головой и, ускоряясь, тянет меня за руку подальше от холодильников.
— Ты чего? — не понимаю. Дети же любят мороженое.
— У нас нет денег на всякие глупости, — важно заявляет она. — А я не малышка. Могу потерпеть без сладостей.
— А я не могу, — останавливаюсь, улыбаясь ей.
Ани так важно сейчас быть взрослой. Она изо всех сил старается ради брата. Каждый раз, глядя на нее, я стыжусь за себя в девять лет. Я-то была беспечной малышкой.
— Давай одно на двоих? — Мне очень хочется ее порадовать в эти непростые дни.
Сколько их еще впереди? Пока Кис не вернется в сознание, правду нам никто не скажет. Ани раздумывает, смешно облизывая губки.