К нам подбежал Степан Анисимович.
— Илька, не томи. Что с сотней из Козловской? Будет подмога-то нам?
Гольд поднял на крестного глаза и тяжело выдохнул:
— Нет подмоги, Степан Анисимович. Козловская горит…
Глава 19 Братская помощь
— Козловская горит? — перебил Ильку крестный и задумался.
— Да, Степан Анисимович, горит, — подтвердил гольд.
— Так, орлы. Сидеть и ждать помощи больше нельзя. Времени нет. Если прямо сейчас не начнём действовать, нас тут перещёлкают, как кутят. Патронов у нас тоже не шибко много, да и заплот не железный. Придётся вылезать, другого пути нет…
Договорить он не успел.
Со стороны Гнилого Лога прозвучал выстрел. Крестный дёрнулся и осел на землю, хватаясь за левое плечо. Между его пальцев сразу стала просачиваться кровь.
— Батя! — заорал Олег и бросился к нему.
Илька метнулся к бойнице и ответил.
— С дерева стрелял, собака, — коротко сказал гольд.
Мы оттащили Степана Анисимовича под навес. Я метнулся в дом, схватил чистые тряпки. Перевязку делал сам, а Олега отправил к бойницам.
— Пустяки… кость цела, — тяжело выдохнул крестный, когда я затягивал последний узел.
Он попытался пошевелить пальцами, но левая рука висела плетью.
— Как там батя? — донёсся от забора голос Олега.
— Жить буду, — крикнул крестный. — Только сегодня, похоже, пострелять уже не выйдет.
Он здоровой рукой откинул клапан кобуры и вытащил Смит-Вессон.
— Нормально, Олег, — крикнул я брату. — Кости целы, а мясо нарастёт.
— Степан Анисимович, дозволь, договорить надо, — подскочил к нему Илька. — Там сейчас в распадке, за Гнилым Логом, два десятка гольдов сидят. Ждут моего сигнала. Ударят в тыл маньчжурам, что ваш заплот обстреливают.
— Вот это дело, — крестный поморщился от боли. — Хорошо, Илларион. Тогда так: сначала наш двор обезопасим, а потом дальше надо.
— Батя, Там Албазов с Терентьевым! К воротам скачут! — донёсся крик Олега.
Он вскинул винтовку и выстрелил сквозь бойницу, прикрывая всадников. Я оставил крестного у столба и рванул брату в помощь.
За воротами закипела пальба. Сквозь дождевую пелену увидел, как наперерез несущимся к нам казакам выскочили несколько маньчжур. Поймал на мушку переднего и нажал спуск. Тот сделал по инерции ещё три шага и завалился лицом в грязь.
— Скидывай доску! — крикнул я.
Олег рванул засов. Мы навалились на створку. Во двор буквально влетели Денис Албазов и Микола Терентьев. Олег тут же захлопнул ворота и вернул засов на место.
— Ха! Прорвались, Микола! — выдохнул Денис Павлович, осаживая взмыленного коня.
Оба держали берданки. У Албазова из-за пояса торчала ещё и рукоять револьвера.