Пегов глубоко вдохнул, заставляя себя взять под контроль бушующие эмоции. Время для гнева будет потом при встрече с Васильковым. Если, конечно, они доживут до этого «потом».
— Передайте: За шаттлами не возвращаться… Не хватало нам еще и «Гангут» потерять! Продолжать отход в прежнем боевом порядке, — приказал вице-адмирал ровным голосом профессионального военного. — Поврежденные корабли — в центр построения, целые — в хвост. Скорость отхода — девять единиц, не больше. Нельзя оторваться от тихоходов.
— Слушаюсь!
Пегов повернулся к панорамному иллюминатору мостика. За прозрачным композитным стеклом простиралось усеянное звездами пространство — прекрасное, равнодушное, вечное. Где-то там, на расстоянии миллионов километров, медленно вращалась голубая сфера Суража-4. Там находился император. Будущее династии. Тот, ради которого они сейчас сражались до последнего. Тот, с кем Арсений Петрович связывал свою жизнь и карьеру.
И все это висело сейчас на волоске.
— Расчетное время прибытия к орбите планеты? — спросил он, не оборачиваясь.
Офицер навигации быстро произвел вычисления:
— При текущей скорости — четыре часа двенадцать минут, господин вице-адмирал.
Четыре часа. Четыре часа, чтобы донести жалкие остатки эскадры до последнего рубежа обороны. Четыре часа, в течение которых Шереметьев может передумать и решить добить их прямо здесь, не дожидаясь подхода к планете.
Но граф был слишком уверен в себе. Пегов понимал это по размеренному, неторопливому движению вражеских кораблей, плывущих в нескольких миллионах километров от его поверженной эскадры. Шереметьев не видел в них угрозы. Всего лишь загнанную дичь, которая скоро упадет от изнеможения. Зачем тратить топливо, боеприпасы и энергию щитов, когда можно просто подождать, подойти к центральной планете и прихлопнуть и балтийцев и императора одним ударом?
— Господин адмирал, доклад о потерях, — старпом Морозов переслал данные Пегову.
Вице-адмирал даже не взглянул на цифры. Он и так знал их наизусть. Четырнадцать кораблей уничтожено или выведено из строя, оставшись в секторе и доставшись в качестве трофея победителям. Более двух тысяч человек погибли или пропали без вести. Еще двадцать три корабля Балтийского флота получили различные повреждения — от легких до почти критических. Боеспособность эскадры упала примерно на тридцать пять процентов.
А ведь это была всего лишь первая схватка. Разведка боем, как сказал бы преподаватель тактики в Академии ВКС — адмирал Алексеев. Кстати сейчас также один из его учеников — адмирал Шереметьев прощупал их оборону, оценил боевой дух, вычислил слабые места. И теперь, когда у него есть полная картина, он нанесет настоящий удар.