— Они уходят! — офицер слежения не верил своим глазам. — Противник отступает!

— Не преследовать! — немедленно приказал Пегов. — Всем кораблям сохранять позиции! Это может быть ловушка!

Но это не была ловушка. Нарочницкий действительно отступал, уводя свои корабли за пределы эффективной дальности орудий балтийцев. Первая волна атака провалилась…

* * *

— Доклад о потерях, — голос Глеба Шереметьева звучал ровно, почти безразлично, но офицеры на мостике знали графа достаточно долго, чтобы распознать скрытую и растущую внутри ярость.

— Четырнадцать кораблей уничтожено, — капитан Морозов читал с планшета, и его голос заметно задрожал. — Еще восемнадцать получили повреждения различной степени тяжести. Семь из них требуют срочного ремонта и выведены из строя до завершения восстановительных работ.

Четырнадцать уничтоженных. Семь выведенных из строя. Двадцать один корабль за один двухчасовой бой.

— Потери противника? — спросил Шереметьев.

— Согласно данным сканирования, балтийцы потеряли двенадцать кораблей уничтоженными, — Морозов сделал паузу. — Еще пять получили серьезные повреждения.

Двенадцать против четырнадцати. Почти паритет. Граф медленно выдохнул. Он ожидал прорвать оборону малой кровью, рассчитывая на численное превосходство и деморализацию противника после вчерашнего поражения. Но балтийцы дрались как львы, превратив каждый километр пространства в кровавое месиво.

— Господин адмирал, — осторожно подал голос Морозов, — может быть, стоит дать дивизии передышку? Экипажи устали, многие корабли требуют ремонта…

— Нет, — отрезал Шереметьев. — У нас нет времени на передышку. Готовьте 7-ю «линейную» ко второй атаке.

— Но господин адмирал…

— Я сказал: готовьте дивизию к атаке! — граф повернулся к своему капитану, и тот отшатнулся от ярости в глазах командующего. — Новое построение. Откажемся от «клина», используем фронтальную «линию». Давить массой по всему фронту одновременно. Не дадим им сконцентрировать огонь ракет на плотном построении.

Морозов кивнул и поспешил отдавать распоряжения. Шереметьев же вернулся к созерцанию тактической карты. Балтийцы держались. Держались упорно, умело, профессионально. Но сколько они еще продержатся? Два навала? Три? Рано или поздно их оборона рухнет. Это была простая математика — и граф всегда был силен в математике…

Вторая атака началась через сорок минут после окончания первой. На этот раз Шереметьев изменил тактику. Вместо концентрированного удара по центру он развернул свои корабли широким фронтом, пытаясь давить на всю линию обороны балтийцев одновременно.