— Не знал, что ты такой хороший фехтовальщик, — сказал граф Роберт, когда мы добрались до Бристоля.
— У меня много скрытых талантов, — признался я.
— Не хочешь их проявить, сражаясь на моей стороне? — задал он вопрос. — Хотя бы пару месяцев, до наступления холодов.
— Почему нет?! — согласился я. — Могу привести отряд сержантов-валлийцев.
— Они не помешают, — решил Роберт, граф Глостерский.
Он старался набрать побольше солдат, чтобы снять осаду с Оксфорда, в котором король Стефан осадил императрицу Мод. Говорили, что король привел туда большую армию. Сидение в темнице в кандалах научило его уму-разуму. Больше он вряд ли будет изображать рыцаря и пропускать императрицу в Бристоль в сопровождении своей охраны. А ведь мог решить вопрос три года назад. Думаю, что Жоффруа Плантагенет только поблагодарил бы за смерть своей жены.
На этот раз я оставил шхуну у пристани на реке Беркет возле Беркенхеда. Пристань состояла из вбитых в грунт деревянных свай, между которыми засыпали и утрамбовали гравий с глиной, а сверху настелили доски. Наняв сторожей из жителей Беркенхеда, я отправился в замок. Дорогу вдоль берега реки еще не закончили. По заверению Тибо Кривого работы осталось примерно на месяц.
Дома я хорошенько отмылся впервые с момента ухода в рейс. Три дня посвятил семье и делам в замке. Фион уже оклемалась после родов, начала поговаривать, что еще один ребенок не помешает. Я отреагировал по старой восточной поговорке: послушай, что говорит женщина, и сделай наоборот.
На четвертое утро на поле возле замка собрались шестьдесят конных валлийцев. Я выехал к ним вместе с Умфрой и Джоном, тремя оруженосцами, Нуддом, Рисом и Жаном — воспитанником Тибо Кривого, немногословным, старательным юношей четырнадцати лет, — и тремя кибитками с припасами, за которыми шли на поводу три боевых коня рыцарей. У Джона и Умфры есть собственные бригантины, наручи, набедренники и поножи, сделанные кузнецом Йоро. Валлийцам не нравится тяжелая броня, делающая их менее подвижными, ловкими, но очень хочется быть настоящими рыцарями. Поэтому полдня едут в полной броне, чтобы привыкнуть к ней. Направились мы в Бристоль, на помощь графу Глостерскому и за заработком. Ребятам ведь платить мне оброк скоро, а три пенни в день — это немалые деньги, на полуострове Уиррэл нигде столько не заработаешь.
9
Более двух недель мы проторчали в Бристоле. Роберт, граф Глостерский, ждал, когда соберутся рыцари, его вассалы и желающие подзаработать. Первые в большинстве своем откупились или успели отслужить раньше и больше не захотели рисковать, а вторых оказалось слишком мало. Не набиралось и сотни рыцарей. Основную часть армии графа Глостерского составляли валлийские наемники. Среди них был и мой знакомый Оссуаллт. Ему понравилось грабить норманнов и англосаксов и получать за это деньги. Правда, после трепки, полученной под Линкольном, он стал прислушиваться к приказам командиров, не лезть бестолку на рожон. В сражении он был ранен копьем в руку и потерял почти половину своего отряда, а вторая половина осталась без трофеев, потому что слишком быстро убегала. Когда вернулись в Линкольн, там уже все было поделено.