29
Педру де Аламейда первым прибыл на шхуну, когда мы встали на якорь на реке Дору возле города. Он был в хорошем настроение, что обещало мне получение следующей части долга без проблем.
— О тебе уже весь город говорит, — сообщил он шутливо. — Ты каждый раз приходишь с богатой добычей. У меня постоянно спрашивают, нельзя ли наняться к тебе на службу? Раньше все стремились служить только королю!
— А почему бы королю Афонсу не захватить больше добычи?! Тогда все будут рваться на службу к нему, — шутливо произнес и я.
— Он так и делает, — сказал серьезно рыцарь Педру. — Только сил у нас маловато. Король хочет встретиться с тобой, отдать вторую часть долга и познакомиться поближе.
Нетрудно было догадаться, зачем король хочет познакомиться с тем, кто захватывает хорошую добычу. В любом случае я ничего не потеряю, если послушаю его предложение. Тем более, что климат Португалии мне больше нравится, особенно в зимние месяцы.
— Я не против встретиться с ним, — решил я. — Только надо сперва продать галеру и пристроить куда-нибудь лошадей на время моего отсутствия.
Я решил пока не продать лошадей. Послушаем, что скажет Афонсу. Вдруг они пригодятся?!
— Галеру у тебя купят завтра, я пришлю купцов, — пообещал Педру де Аламейда. — А лошадей можешь оставить на моих пастбищах. Они будут под надежной охраной.
Остаток дня мои люди занимались похоронами умершего от раны и освобождением гребцов. На этот раз среди них оказались и два жителя Порту, рыбаки, попавшие в плен к пиратам и проданные на галеру. Пиратами были испанцы и португальцы. Город ликовал. Такое впечатление, что я освободил из плена их всех. Они с почестями похоронили умершего валлийца возле церкви, расположенной рядом с пристанью.
Утром прибыли те же самые купцы-иудеи, что купили предыдущую галеру. Не знаю, что пообещал им Педру де Аламейда или чем пригрозил, что скорее, но купили они галеру почти не торгуясь. Правда, цену я не заламывал, а судно было в хорошем состоянии и вместе с ним продавались и пленные мавры в роли гребцов. Из одиннадцати остались в живых всего семь. Четверым, как догадываюсь, припомнили старые грехи.
В столицу Португалии Коимбру я отправился в сопровождении Умфры, Джона, шести оруженосцев и десяти лучников. Все ехали верхом на трофейных лошадях. Педру де Аламейду сопровождал отряд из тридцати человек. Кто из них слуги, а кто воины — не поймешь, потому что вооружены и одеты одинаково — одинаково бедно, без брони, только стеганки, набитые хлопком. Мои лучники в кожаных доспехах на их фоне выглядели рыцарями.