— Значит, если бьем — бьем по двум фронтам.

— Именно.

Он кивнул.

— Подготовь структуру сделки. Через Longevité.

— Ясно, но сначала свяжусь с капитаном «Санта-Крус».

* * *

Лондон в январе умел казаться спокойным, даже когда в его кабинетах перекраивали карту морей. Уайтхолл дышал холодным камнем, мокрой шерстью шинелей и едва уловимым запахом типографской краски, словно сам город заранее готовил заголовки на завтра. В тот вечер к зданию Адмиралтейства подъехал черный седан с неприметным флажком, и шофер, не поднимая глаз, открыл дверь человеку, чье лицо знала половина страны, но одновременно его имя в коридорах флота произносили так, будто оно могло вызвать нежелательное эхо. Главный редактор БиБиСи, сэр в строгом пальто и с портфелем, который выглядел тяжелее, чем позволяла бумага в нем, поднялся по ступеням с той деловитой уверенностью, какая присуща обычно людям, привыкшим управлять чужими голосами.

Сопровождать гостя поручили офицеру из службы по работе с прессой, потому что в Адмиралтействе ценили не столько звание, сколько способность слушать и вовремя молчать. На входе дежурный морской пехотинец проверил пропуск, поднял глаза на редактора и, несмотря на железную выучку, на мгновение выдал себя микроскопической паузой.

В стране, где все привыкли к телевидению, люди из него редко попадали внутрь таких стен добровольно, и потому редактор БиБиСи здесь воспринимался как разведывательный зонд. Коридоры были освещены ровным светом, под ногами скрипел натертый паркет, а на стенах висели портреты адмиралов, которые смотрели на современность с той же подозрительностью, с какой современность смотрит на их собственные ошибки в прошлом.

В зале заседаний, где зеленые абажуры придавали столу оттенок карточного сукна, нас ждали трое. Вице-адмирал сэр Ричард Хэлфорд, отвечавший за оперативное планирование, сидел прямо, как будто к его хребту боцман привязал deck mop (палубная швабра). Рядом расположился коммодор Грэм Хьюз, начальник пресс-службы флота, человек с улыбкой, выученной скорее в кабинетах министров, чем на мостиках кораблей. Третьим был мистер Пембрук, представитель казначейства, чей взгляд всегда задерживался на слове «стоимость» даже тогда, когда оно не было написано на бумаге.

Хэлфорд поднялся и протянул руку редактору.

— Сэр, благодарю за приезд. Время у нас сейчас такое, что многое приходится делать быстро, но все же желательно делать это правильно.

Редактор ответил сдержанно, но без угодливости, и это понравилось Похоже всем.

— Адмирал, БиБиСи умеет работать быстро, когда понимает, что именно требуется стране, а не только отдельному ведомству.