Разгуливать в костюме на тридцатиградусной жаре, пить с многозначительным видом спиртное и говорить умные речи на закрытии форума? О, нет! Жюри разберётся и без меня, победителей определят, награды найдут своих героев, а контекстная реклама — реципиентов. А я пойду пиастры искать… Тем более костюма у меня с собой нет. Не комильфо в трекинговых ботах и штанах-карго на такие мероприятия заявляться! Мы чужие на этом празднике жизни!

— Пятнадцать человек на сундук мертвеца-а-а! — пропел я и, нащупав на своём ложе под подушкой мачете, вытянул его из ножен и взмахнул этим страшноватым сельскохозяйственным инструментом несколько раз. — Йо-хо-хо и бутылка рому!

— Мистер Белозор? — в бунгало внезапно вломился какой-то пухлый жизнерадостный коротышка, из тех, кто представлял издательства. — Оу, щит!

Мачете разрубило воздух перед самым его носом, и мне стоило больших усилий перевести траекторию движения клинка в безопасную плоскость, чтобы не отрубить ему кусок кругленького животика. Как лектор он не выступал и вообще — особенно не отсвечивал все эти дни, так что выбесить меня не успел. Бить толстячка причин не было.

— Зачем вам сабля? — поинтересовался он по-английски. — Не нужно меня рубить! Я — Саймон Шор, представитель издательства Penguin Books, и мы согласны на ваши условия.

— Ого! Рвёте подмётки! — сказал я. — Что — хищнический оскал капитализма? Конкуренция?

— Да, да. Если Random House ничего не понимает в книжном рынке, то мы не собираемся упускать такой лакомый кусочек. Сорок процентов с продаж — ваши, при условии, что вы передадите нам права на распространение англоязычных книг всей серии, сколько бы томов в ней ни вышло.

— На пять лет с момента первого издания, — поднял указательный палец вверх я.

— Только ради разбитой рожи и выссаных почек Джованни Базелона — по рукам! — с нескрываемым удовольствием толстячок поручкался со мной и добавил: — Ну, документы, я думаю, мы подпишем на обратном пути, на борту корабля. Вы ведь с нами возвращаетесь, верно?

Похоже, пижона с раздвоенным подбородкам звали Джованни Базелон, но это ровным счётом ничего не меняло. Я пожал плечами, а потом бесцеремонно повернулся к пингвину… То есть — к мистеру Шору задницей, наклонился, сунул мачете в крепление на рюкзаке и сказал:

— Раз принципиальная договорённость достигнута, позвольте… У меня есть ещё кое-какие дела на острове, мистер Шор. Увидимся послезавтра.

Взял его за плечи и переставил в сторону от двери. Нет, ну а что? Планы теперь менять что ли? Хотя, конечно, такой внезапный рояль, выпрыгнувший из кустов, определённо грел душу.