Сначала идея показалась Карлосу заманчивой. «Сендера Луминоса» могли громко заявить о себе: буржуазные и оппортунистско-ревизионистские писатели, изнеженные богатенькие детишки американских богатеев — весь мир будет следить за их судьбой! Тем более — товарищи из левой оппозиции Мексики обещали обеспечить транспортом и эвакуацией… Конечно, доверять мексиканцам — так себе идея, но ради дела мировой революции можно пойти на союз и с самим дьяволом!
Все неприятности начались в тот момент, когда вместо опытных партизан, привыкших переносить тяготы и лишения горной войны, штаб выделил команданте Карлосу студентиков-интеллигентов из Университета Хуаманги пополам с какими-то люмпенами с окраин Лимы. Не нюхавшие пороху, едва-едва прошедшие стрелковую подготовку в лесных лагерях Аякучо, они начали делать дерьмо, едва выбравшись за пределы Перу. Да что там — уже в кузове грузовика, который вёз их к побережью. Шпана и студенты — одинаково бестолковые, принялись наскакивать друг на друга и выяснять отношения, а в трюме сухогруза, каким они добирались до Никарагуа, дело едва не дошло до стрельбы…
Если бы не Гонзало — старый боевой товарищ, опытный борец с режимом и идейный марксист, на всей затее можно было бы ставить крест. На нём всё держалось, на его авторитете и энергии. Конечно, был ещё Доминго, но Доминго родился на Гаити, и на «Сияющий путь», указанный Абимаэлем Гусманом и Великим Кормчим Мао, встал скорее от безысходности, чем по велению сердца. Гаитянин убивал людей на своём вшивом острове, сбежал оттуда, убивал людей в Боливии, а потом, оказавшись в горах Аякучо, примкнул к бригадам, ведущим борьбу с правительством Перу — и снова убивал. Кажется, ему было вообще наплевать на марксизм, ему нравилась война — вот и всё.
Эти двое поддерживали хотя бы видимость порядка среди молодого пополнения. Но как всё обернётся, если придётся вступить в реальный бой? Как поведут себя молодые разгильдяи во время акции? Карлос не собирался оспаривать приказы руководства организации, но считал, что ему могли бы выделить и более опытных бойцов. Чёрт возьми, даже радиопередатчиком умели пользоваться только он и Гонзало!
Сам план, переданный ему в запечатанном конверте, был прост как три соля: прибыть на остров, окружить лагерь, решительно ворваться, взять ситуацию под контроль, запереть писателей и студентов по домам, выйти на связь с правительством США и потребовать освободить представителей левой оппозиции, настоящих марксистов. Нужно было вытащить из-за решётки идейных товарищей, которые находятся в застенках у американских, перуанских, боливийских, колумбийских капиталистов. Список прилагается. Также прилагалось требование денег — три миллиона долларов на нужды перуанской революции. Доставить освобождённых товарищей требовалось вертолётом, на котором потом всем вместе и улететь. Среди заключённых, фамилии которых были в списке, имелось несколько человек с опытом пилотов-вертолётчиков, руководство всё предусмотрело. Наверное.