— Привет, — говорю я, снимая пальто.

— Привет.

Он даже не оборачивается.

— Ещё минут двадцать.

— Как поживают три рецепта?

— Основа из первого. Техника из второго. Пропорции из третьего.

— То есть это уже четвёртый рецепт.

— Да.

Небольшая пауза.

— Свой.

Я смотрю ему в спину.

— Максим.

— М-м?

— Ты только что создал собственный рецепт ризотто.

— Пока не знаю, получилось ли.

— Но создал.

Он наконец поворачивает голову.

— Попробуем и узнаем.

В этот момент из комнаты выходит Вера.

Домашние брюки, свободный свитер, стакан воды в руке и выражение лица человека, у которого всё хорошо. Не идеально. Не сказочно. Просто хорошо.

— Привет.

Она обнимает меня.

— Как ты?

— Нормально.

— Нормально в хорошем смысле или в настораживающем?

— В положительном.

— Уже лучше.

Она внимательно смотрит на меня.

Слишком внимательно.

— Проект?

— Идёт.

— Хорошо идёт?

— Хорошо.

— А он?

Я вздыхаю.

— Работает.

— Катя.

— Вера.

Она улыбается.

— Ладно. Потом. Сначала ризотто.

Оказывается, ризотто действительно удалось. Это признаёт даже Максим после первой ложки.

— Хорошо, — говорит он.

Без уточнений. По шкале Максима это примерно соответствует восторженным овациям. Мы сидим за столом, ужинаем и разговариваем обо всём понемногу.

Вера рассказывает про «Меридиан». Клиент оказался сложнее, чем казалось сначала. Финансовая структура напоминает клубок проводов, который кто-то специально завязал в узлы, а теперь она пытается понять, с какого конца его распутывать. Максим слушает и время от времени задаёт короткие вопросы или бросает точные замечания. Они говорят о работе как о чём-то общем. Не «твоя работа» и «моя работа». Просто задача. Просто проблема. Просто что-то, над чем они думают вместе. Я смотрю на них.

Ещё недавно я наблюдала за ними и уже тогда чувствовала: между ними происходит что-то важное. Оказалось, не ошиблась. Теперь я смотрю и вижу другое. Они дома. Не в смысле квартиры. В смысле друг друга. И от этого становится тепло. И немного больно. Это не зависть, скорее чувство, похожее на голод. Когда знаешь, что такое бывает. Видишь, что бывает. И вдруг понимаешь, что тоже хочешь.

— Катя.

Голос Максима возвращает меня обратно.

— Да?

— Ты задумалась.

— О персонаже для набережной.

— И что надумала?

— Думаю про отражения. Один персонаж проходит через разные эпохи, но в каждой эпохе отражение другое. Время меняет контекст, но не человека.

Максим некоторое время молчит.

— Хорошая идея.

— Мне тоже так кажется.

— Потому что это история не про человека. Это история про место.

Я поднимаю взгляд.

— Именно.

— Место помнит больше людей.

Я улыбаюсь.

— Да.

— Архитектор согласится?